1
0— Наш женат, у него супруга бывшая королева красоты, модель. Он ее обожает. Таскает цветы охапками.
Голос дрогнул: Ксении завидно от охапок.
— А как ее зовут?
— Эвелина.
— А как зовут секретаршу?
— Настя, — без задней мысли ответила она. — Лена, у тебя работы нет?"
"Намек я уловила и вернулась к работе, немного успокоившись. Геннадий Александрович похотливый, но не агрессивный, раз сотрудники не знают о замашках. Если и пользуются дополнительной возможностью продвижения по службе, делают это тихо. Не оставаться с ним наедине, и все обойдется. Должность арт-директора мне не нужна, лишь бы свою не потерять.
Я старалась не задерживаться, и следила, чтобы не оставаться одной в отделе. К себе он меня не вызывал — в кабинет ходила исключительно Ксения. Я слишком мелкая сошка. Первая неделя прошла без происшествий, и я расслабилась. Мужчины его уровня не будут унижаться, бегать за несговорчивой девчонкой, когда перед ним и так готовы стелиться.
В понедельник попросили выйти пораньше: выставка приближалась, вместе с ней нарастала суета. Гендиректору будет не до меня. Поговаривали, в пятницу он улетает по делам в Мюнхен, тогда вообще можно выдохнуть.
В семь тридцать я была в офисе. Ксения перехватила меня в коридоре:
— Лена, у тебя загранпаспорт с собой есть?
— Зачем? — насторожилась я.
— Анастасия Павловна спрашивает… Подожди, ты что, не знаешь? Геннадий Александрович приказ подписал, ты летишь с ним в пятницу.
Сердце рухнуло в пропасть.
— Ты шутишь? Почему я?!
Ксения легкомысленно пожала плечами.
— А кто? Раньше Миша летал. Меня сейчас с выставки не снимут. Геннадий Александрович уехал, ну ты поднимись к нему, когда вернется. Он, кстати, просил. Часа в два будет. Он все объяснит!
Целый день все валилось из рук. Мысли крутились вокруг поездки. Прекрасно понимаю, что происходит, и не подкопаешься: официально я заместитель. У меня маленький ребенок, я имею право отказаться, но…
Я кусала губы.
Если так пойдет дальше, с работы придется уходить.
На обед я пришла позже остальных — чтобы посидеть одной. Есть не хотелось, я взяла чай. Прокручивала в голове, что скажу Геннадию Александровичу, чтобы отмазаться и сохранить работу.
Скажу про дочь, а он предложит оплатить няню.
Откажусь, через неделю придумает что-нибудь еще.
Будет отравлять жизнь, пока не сдамся престарелому охотнику-ловеласу.
От моего столика открывался прекрасный вид на крыльцо, дорогу и пешеходную дорожку. Здесь все такое красивое. Офисные здания напротив сияют чистыми окнами, одно из них подмигнуло бликом. Ну почему я должна бросать все из-за придурка, которому бес в ребро ударил?
Еще вчера все было хорошо.
Грустно — но хорошо… Я снова вспоминала его.
В субботу мы с дочкой съездили в парк.
