3
0
Приблизившись к месту силы, я сразу же почувствовал жжение в голове и лёгкую рябь по всей поверхности своего тела. В ушах стоял приятный гул. Я будто стоял на берегу залива, где меня обдувал прохладный морской воздух.
Мысленно нащупал точку, где сконцентрировано больше всего этой силы. Она располагалась не в самом центре храма, как можно было предположить, а у восточной стены рядом с окном.
Усевшись на пол в этой самой точке, я сложил руки и ноги в полулотос и приступил к медитации. Через полчаса осознал, что поток энергии уже не устремляется в меня так активно, как это было при первом посещении храма.
Видимо, запас энергии в этом месте силы ограничен. Попав сюда неделю назад, я поглотил более трети запасов этого источника. Оставшиеся две трети придётся поглощать долгими упорными медитациями.
В любом случае — этого мало. Если я впитаю всю силу, что хранит в себе этот храм, смогу ещё раз улучшить навыки анализа, но даже на шаг к лекарским навыкам не приближусь. Придётся искать другие места силы.
Возможно, имеет смысл изучить другие буддистские храмы? Кто знает? Вполне может оказаться, что в этом мире магическая энергия как-то завязана на этой религии.
Начало вечереть, и когда я приступил к последнему циклу медитации, мой покой нарушили чьи-то шаги. Я прервал связь с источником и обернулся.
Ко мне приближался пожилой мужчина, одетый в красные ткани. Это одежда называется — кашая. Такой наряд носят только буддийские монахи, кем, судя по всему, этот старец и являлся.
— Прошу простить меня, молодой человек, я потревожил вас своим присутствием? — спросил монах, заметив, что я отвлёкся от медитации.
— Всё в порядке, — я поклонился, поприветствовав старика. — Я как раз собирался покинуть этот храм."
"— Не торопитесь, прошу, задержитесь ещё на пару минут, — остановил меня монах. — Прошу, скажите, как вас зовут?
— Кацураги Тендо, — представился я.
— Кацураги Тендо… — будто попробовав на вкус, повторил моё имя монах. — Моё имя Кикуока Горо. Я — буддийский монах школы Тэндай. Мне нравится ваше имя, Кацураги-сан. Оно созвучно с названием нашей школы.
Я, честно говоря, не знал, как реагировать на его заявление. Создавалось впечатление, что старик хочет затащить меня в монахи. Я всегда осторожно относился к религиям, которые мне незнакомы. Но Кикуока не выглядел каким-то ярым фанатиком. Тем более, буддизм вообще никто не пытается распространять с какой-то неадекватной ревностью. По крайней мере, я о таком никогда не слышал.
— Очень приятно, Кикуока-сан, — ещё раз поклонился я. — Вы о чём-то хотели со мной поговорить?
— Кацураги-сан, я видел вас здесь на прошлых выходных. Вы были в компании красивой женщины, — заявил он.
А вот это уже воистину странно. Через этот храм проходят не только постоянные посетители.
