Спасения нет

Камера мгновенно наполнилась промельками кинтетических снарядов — гауссовы ружья яростными очередями выбрасывали сверхскоростные пули из металлического водорода. Пораженные ими шары раскололись и разлетелись, погибающий механизм выбросил адскую взрывную волну, сбившую с ног весь взвод. Раскаленные осколки погрузились в отходящую волну жидкого азота вместе с горящей плотью квинт, которая в равнодушной жидкости мгновенно застыла неровными ледяными комьями.

Деллиан, перекатившись от удара и плавным движением поднявшись на ноги, торжествующе расхохотался.

Быстро проверил тактический дисплей: весь взвод цел, медицинские показатели в норме.

— Хорошо поработали, парни. Еще разок для проверки. Хватит с меня сюрпризов.

Еще на пару секунд камера жизнеобеспечения наполнилась визгом водородных пуль, бьющих по самым крупным цистернам. В этих замаскированных охотничьих шаров не обнаружилось.

— Выходим, — сообщил он. — Тиллиана, мне нужна локация другого входа.

— Если Монтаксан не ошибается, другая такая же камера примерно в километре по вращению.

От развилки идите по СР-б-5.

— Понял.

— Да, и еще, Деллиан…

— Ну?

— Злодейский хохот у тебя здорово получается!

Ирелле некуда было деваться, не с кем посидеть и поговорить, поделиться тревогой. Штурм разворачивался у нее на оптике. Она и не подозревала, что будет так трудно. Эти первые часы, пока корабли и минная волна занимали позиции в холодной пустоте за кометным поясом Баяна на пути у ничего не подозревающего ковчега, обернулись бесконечным пустым ожиданием. Время мучительно растянулось.

А когда началось, Удар оказался внезапным и зверски жестоким.

Настолько, что ей чудилась, будто инфопочка каким–то чудом спрессовала время. Ковчег покорежило облачной волной, корабли Избавления свирепыми осами взвились из помятого гнезда. Штурмовые крейсеры рванулись вперед в полном сознании своего превосходства."

"За ними пошли десантные модули, аккуратно ткнулись носами во входные каверны ковчега. Ирелла тяжело дышала, принимая данные со скафандра Деллиана, вся отдавшись роли его ангела–хранителя. Вот только крылья у нее были подрезаны — она ничего не могла ему сказать.

Это было самым страшным проклятием. Тактикой теперь занимались Тиллиана и Элличи, к ним шло из разных источников множество данных, уже переработанных остаточным мышлением их мунков, а опыт многолетних тренировок позволял бережно и умело направлять взвод. Они заботились, чтобы с мальчиками не случилось беды.

«Положись на них».

— Цистерны! — не выдержала она, когда взвод пробрался в огромную камеру жизнеобеспечения.