И снаряжение, и маленькие сопла для движения в невесомости располагались по кругу между секциями двусоставного туловища. А вот при виде верхней части скафандра Деллиан неодобрительно нахмурился. Вместо шлема, укрепленного на вынужденно длинном шейном сегменте, сверху торчал толстый цилиндр с полосой датчиков по верхнему краю. В отличие от конечностей, совсем не гибкий. На его взгляд, это было серьезной ошибкой. У ваянцев очень подвижная шея, изгибается во все стороны.
— Шея… — начал Деллиан.
— Да, знаю. Контринтуитивное решение. Но нас беспокоило силовое воздействие, которому может подвергнуться Финтокс по ходу операции.
— Допустим.
Она уколола его взглядом.
— Можешь мне поверить. Слушай, Финтокс идет с вами с единственной целью. В бою он участвовать не будет, он — багаж. Этот скафандр его защитит, пока вы доставите его на позицию.
— Не спорю. — Деллиан подошел поближе, внимательно оглядел скафандр.
Она наклонилась, постучала пальцем по круглой диафрагме на верхушке шейного цилиндра.
— Вставляется сюда. Его сейчас доставит Финтокс. За тем я тебя и позвала.
— А мы такого сделать не можем? — спросил он.
— Тот же биологический инициатор наделает их, сколько попросишь. Однако…
— Он напрямую соединяется с мозгом неан. И если бы даже мы сумели адаптировать его под человеческий мозг, нейровируса у нас нет.
— Именно. Это как звездолет без двигателя.
— Зато интерфейс, способный соединяться с нервными структурами оликсов, наверняка дал бы нам более ясное представление о принципах кодирования нейровируса.
— Возможно. Только не жди, что я тут же на месте их выведу.
— Человечество должно было и раньше дойти до этой мысли.
— Конечно. Архив «Моргана» полон научных данных. Пару веков назад, на Джулоссе, даже создали прототипный интерфейс мозг–гендес. Добровольцы, которым его имплантировали, были в восторге от качества работы. Сложнее всего было кодировать аналоговые процессы, доступные для интерпретации гендесом. Мыслят все по–разному, неповторимо, так что каждый интерфейс приходилось подстраивать индивидуально.
— Похоже на обычную инфопочку.
Она усмехнулась.
— Совсем не похоже на инфопочку, Дел. Правда, совершенно не то. Прямой нейронный интерфейс позволяет инкорпорировать память и процессинговую деятельность гендеса прямо в сознание. Кардинально поумнеть.
— Поумнеть мне бы не помешало.
В стене открылась диафрагма двери, в нее вошел Финтокс в сопровождении Элличи.









