Софья. Другой Мир 3

Однако, к удивлению, ничего не произошло, древняя реликвия молчала.

Это озадачило. Да, внешне супруг боярыни не походил на удивительно красивых магов разума. И цвет глаз у него черный, а не прозрачно-голубой, как у матери, бабки и ее близнеца, окончательно спятившего перед смертью садиста. Но Ярослав, без сомнений, во взгляде Егора увидел именно ту силу.

«Может, ущербный?» — мелькнула мысль.

— Я не знаю, что делать, — внезапно произнесла Катерина. — Боюсь, Потемкину действительно дадут опеку. Сегодня начальница опять предлагала подумать, нужно ли мне брать на себя заботу о девочках. Это у нее я просидела так долго, — юная дворянка горько улыбнулась. Пристально посмотрев на мужчину, срывающимся голосом быстро спросила: — Почему девочки передумали? Почему дали ему согласие? Неужто считают меня недостойной? Они ведь и утром не сильно хотели подписывать бумаги.

— Боярыни тепло к вам относятся, — мягко промолвил телохранитель. Глянув на Катю, перевел взор на дорогу. — Думаю, причина в другом, — лавируя среди машин, он говорил тихо, но твердо. — Возможно, растерялись. Маленькие ведь еще. Наверняка сейчас переживают.

Успокаивая девушку, Ярослав теперь не просто догадывался, а знал истинную причину всех бед, свалившихся на род Изотовых. Не зря о магах разума старались последние столетия даже не упоминать. Если появились рядом — жди смертей и черной полосы.

Мало кто сейчас помнил об этих внешне красивых, но удивительно темных душой людях. Точнее, нелюдях. Давным-давно по приказу батюшки императора их истребили под корень. Наделенные силой подчинять себе чужой разум, и мужчины и женщины одинаково упивались властью над людьми: ломали жизни, убивали не задумываясь. И самое страшное — все до единого наслаждались, наблюдая за страданиями своих жертв.

Даже материнская любовь у таких женщин была крайне специфичной. Обосновывая действия исключительно заботой, мать с упоением лупила маленького Ярослава розгами до крови. А когда считала, что чадо недостаточно послушно, применяла силу. Маленький мальчик тотчас превращался в безвольную марионетку. Он подозревал, что и отца она угробила, потому как, кроме имени, ничего о нем не знал. Ну, или мужчина оказался достаточно умным, чтобы сбежать от такой женушки подальше. Фамилию Ярославу дали дедовскую, а тема зятя была в семье Моховых под запретом.

Впрочем, одним сыном мать не ограничивалась. Так же, как и бабка, и дед. Только убеленный сединами красавец-мужчина гораздо хуже контролировал садистские наклонности. Скорее всего, именно поэтому семья из четырех человек не оставалась подолгу на одном месте. Словно кочевники, они переезжали из города в город, а потом из одной глухой деревни в другую.