13
0Вроде все правильно, но такое объяснение никак не поможет плавать.
— Чтобы подобрать литературу, нужно воспользоваться каталогом, — продолжала библиотекарша. — Давай я тебя научу. Удивительно, что такую полезную вещь придумали только двадцать лет назад. — Она подвела меня к шкафу, состоявшему из множества выдвижных ящиков. Добавила не без гордости: — Такой есть только у нас и в дворцовой библиотеке. Даже в столичной публичной библиотеке посетителям, не знающим, какая именно книга содержит нужные им знания, сначала приходится составлять запрос архивариусу.
Поначалу я не поняла, что такого важного в каталоге.
Но оказалось, что все ящики в шкафу на полстены заполнены лишь карточками с названиями и описаниями книг.
— Сколько же их у вас? — полюбопытствовала я.
— Двадцать тысяч томов, не считая комплектов учебников, — ответила Стефания.
Двадцать тысяч! Число не укладывалось у меня в голове. Неужели хоть один человек прочел их все? Рядом с такими числами пара сотен книг — вся приютская библиотека, включая невесть как попавший в нее «список гражданских чинов», — прочитанных мной за всю жизнь, казались каплей в море.
— Не пытайся изучить всю тему до последней книги, — посоветовала мне госпожа Стефания, объяснив, как искать в тематическом и алфавитном каталогах. — Десяти источников вполне достаточно для обычной студенческой работы. Но для начала лучше отбери побольше, некоторые отсеются в процессе работы.
Я кивнула и зарылась в карточки.
Через полчаса я готова была проклинать плодовитый и пытливый ум самого Ингрэма Соммера, последователей, пересказывавших и толковавших его труды, а заодно и преподавателя, заставившего меня отдуваться за чужие проказы. Но все же мне удалось подобрать какой-никакой список для начала, оставить госпоже Стефании заявки на книги, за которыми я собиралась вернуться между последней парой и ужином, и даже родить первую фразу будущего доклада. «Нельзя переоценить вклад, который внес Ингрэм Соммер в магическую науку», — записала я себе, выхватив это предложение с одной из карточек.
Тренировочный зал находился на первом этаже в самом конце правого коридора. Дверь была распахнута, словно приглашая, изнутри не доносилось ни звука — впрочем, судя по часам в холле, первая пара еще не закончилась. Я шагнула внутрь. Просторный зал заливало солнце из открытых окон. Широкоплечий силуэт отступил от окна, оборачиваясь, и я узнала господина Этельмера.
