13
0Значит, все что мне оставалось, — быть собой. Плохо образованной «девкой», грубой и невоспитанной, которая, если что, может и по морде засветить. Или по яйцам.
— И сколькие из пострадавших, поняв, что их сознательно обманули, просто чтобы подгадить другой барышне, захотят поквитаться?
Стало тихо или это шум крови в ушах заглушил другие звуки? Что ж, надеюсь, что, если Корделия не внемлет, меня услышало достаточно парней, способных задуматься — а стоит ли рисковать самым дорогим?
Кто-то мягко взял меня за плечи.
— Хватит, Лианор, — сказала Селия, отодвигая меня в сторону.
Она выдвинула свободный стул. Подружки Корделии молча испарились. Сама она дернулась, но за ее спиной, придерживая спинку, нарисовались еще две девушки в штанах — я видела их утром на физподготовке.
— Кто обидит одного боевика — обидит всех, — сказала одна из них, улыбнувшись мне.
— Иди, Лианор, ты голодная. — Селия подпихнула меня в бок. — Мы разберемся.
Я кивнула, в который раз за сегодня проглотив ком в горле. Надо бы все-таки познакомиться по-человечески. Но меня прямо попросили удалиться, так что завтра, на физухе.
Я двинулась к выходу и остановилась, когда меня придержала за локоть Оливия.
— Это она испортила твои вещи? — спросила она, не понижая голоса.
Девушка и парень, что сидели вместе со мной за столом, с любопытством уставились на меня.
— У меня нет доказательств, — сказала я. — Но больше ни с кем из барышень я пока не ссорилась.
— Мне нравится это «пока», — покачала головой Оливия. Выпустила мой локоть, снова опускаясь на стул.
Я прибавила шагу: не ровен час, еще на кого-то из знакомых наткнусь! Накаркала — совсем рядом сидел рыжий Карл, а еще через два стола обнаружился Бенедикт.
40
Дойти до второго зала, не побежав, оказалось тем еще испытанием. Я замешкалась в дверях, выглядывая знакомых, и на плечо снова легла ладонь. Только в этот раз мне не пришлось гадать, кому она принадлежит. Казалось, это тепло я узнаю сразу.
— Меня потеряла? — мурлыкнул Родерик, склоняясь к моему уху.
Я едва удержалась, чтобы не прижаться к нему, потеревшись затылком о плечо.
— Тебя. Пойдем?
Остальная компания уже расселась за сдвинутыми столами. Братья тревожно глянули на меня, но тут же заметно расслабились. Зато Алек не улыбнулся в ответ на мою улыбку — то ли дело было в Родерике, который держал меня за руку; то ли снова гадал, что я учинила и не потащат ли его за это на ковер.
— Что тебя беспокоит? — поинтересовался Родерик, вставая вслед за мной к раздаче.
— Ничего, — пожала плечами я.
— Нори.
— Уже ничего.
