7
0"
"Солдаты приступают к делу, переносят оружие убитых и ткани, а потом — бурдюки, кувшины и корзины. Грузят, как попало, не заботясь об остойчивости и не боясь завалить места гребцов. На Евфрате штормов не бывает, а для сплава по течению много гребцов не надо. К ним присоединяются подошедшие воины, которые не принимали участие в зачистке.
Вскоре обе лодки нагружены по самое не балуй. Я сажаю на каждую по три человека — кормчего и двух гребцов — и отправляю в наш лагерь. Остальным приказываю оттащить трупы в реку. Пусть плывут в море, кормят рыб, раз не хотели нести службу, как положено, а их сослуживцы думают, что эти сволочи удрали с добычей. Мои подчиненные принимаются за это грязное дело, тихо бормоча какие-то слова. Мата в русском понимании у шумеров нет, а ругательства связаны с задницей и экскрементами. Половые органы и соединяющий их процесс являются обычными словами, не табуированными.
Я обхожу заметно опустевший лагерь вражеского отряда, убеждаюсь, что не осталось ни одного трупа, после чего приказываю своим подчиненным забрать оставшиеся трофеи.
— А на остальных не будем нападать?! — произносит огорченно Мескиагнунна.
— Не сегодня, — отвечаю я. — Нам надо до рассвета уйти подальше отсюда.
— Жаль! — искренне огорчается он.
— Твоя доля добычи поможет тебе пережить это горе! — шучу я, хотя догадываюсь, что юношу больше интересует возможность прославиться.
Он еще не верит, что богатые трофеи лучше всего прославляют воина.
21
Взяли мы ночью изрядно. Особенно повезло с тканями, шерстяными и льняными, часть которых оказалась выкрашенной в пурпурный цвет, именуемый у шумеров царским и разрешенный к ношению только царю и членам его семьи. Этот краситель добывается из морских моллюсков в Средиземном море и ценится очень дорого, потому что для покраски одного полотнища надо «выдоить» несколько сотен раковин. Треть этих тканей имела фиолетовый оттенок, который получается при смешивании пурпура с синим индиго и повышает цену еще процентов на десять. Этот цвет у шумеров называется божественным (предназначенным для богов), и в одежды из таких тканей облачаются только верховные жрецы и члены царских семей во время торжественных богослужений в храмах. Одна десятая часть добычи отойдет энси Месаннепадде, вторая — храму или, как здесь считают, богам, третья — мне. Оставшееся будет поделено на доли: Мескиагнунне — три, десятникам — по две, обычным солдатам — по одной. Уже сейчас на долю приходится не менее трехгодового солдатского заработка, и мы, к тому же, пополнили запасы еды и финикового вина, так что, если потребуется, можем задержаться здесь надолго. Да и свободное место есть еще для трофеев в лодках, которых у нас теперь на две больше.
