Шумерский лугаль

Я предложил ей обглоданную кость. Взяла осторожно, за самый кончик, и, громко хрустя, быстро слопала. С остальными разделывалась так же быстро."

"Ел я, сидя на кровати и поставив блюдо на колени, лицом ко двору, зацепив кусок шкуры за специально вбитый в стену колышек и наблюдая, как Зудиди вышла на улицу и громко перетерла с соседками странного чужеземца, поселившегося у нее. Затем сама, хотя видел двух слуг, старика и мальчишку, закрыла ворота на длинный деревянный засов, вогнав один конец его в нишу в дувале, обошла и проверила нижние посещения, после чего поднялась на второй этаж, забрала у меня посуду и ушла с собакой в комнату, расположенную напротив верхней лестничной площадки.

Я на всякий случай прислонил саблю в ножнах к стене у изголовья, а кинжал засунул под спасательный жилет. Судя по отсутствию крепких дверей и заверению купца Арадму, преступность в городе практически нулевая. Местные, которых в городе тысяч пять, знают друг друга и на что способен каждый, а за пришлыми особый пригляд. С преступниками расправляются быстро и беспощадно — отсекают какую-нибудь часть тела, чаще голову. Обычно первое преступление становится последним деянием в жизни. У низкого уровня цивилизации есть свои высокие преимущества.

Привыкнув охранять по ночам, долго не мог заснуть. Под дружное многоголосое пение комаров ворочался с бока на бок, думаю, чем заняться? Я уже смирился с новым витком перемещений. Двадцать первый век теперь казался навязчивой фантазией, которая с каждым новым перемещением становилась все бледнее. О предыдущей эпохе, в которой был богат и влиятелен, грустил больше. Надо было выбрать, где и как дальше коротать вечность. Остаться здесь или податься на Средиземное море, более знакомое? Вроде бы египтяне уже организовались в государство, хотя Арадму отзывался о них пренебрежительно. Вот и у меня с двадцать первого века пренебрежительное отношение к Египту и египтянам. Может быть, сейчас они совсем другие, не липкие, хлипкие, крикливые и трусливые, а может быть, и нет. Купец слышал еще и о каких-то государствах на островах в Средиземном море, наверное, на Кипре или Родосе, но на таких маленьких территориях вряд ли возникнет что-либо великое. Насколько я помню, греки достигнут пика в середине первого тысячелетия до нашей эры, римляне — в конце его, а шумеры — это третье или четвертое тысячелетие до нашей эры. Возможно, на северных берегах Средиземного моря сейчас живут дикие племена, для которых Шумер — предел мечтаний. По крайней мере, как заверил меня Арадму, многие обитатели Аравийского полуострова мечтают перебраться в шумерские города. Разочарование после исполнения идиотской мечты делает идиота человеком.

12"

"Утром кривые улицы города Ура полны прохожими.