Шерстяная «сказка» (СИ)

Виновница инцидента тем временем вжала голову в плечи, как озябший воробей, и переводила свои серые глазищи, полные раскаяния, слёз и страха с меня на Лесию и на выход, за которым скрылся её спаситель:

- Я… Симон не виноват. Я сейчас, можно? – Мариэль ещё раз глянула на меня, на Андрэ, коротко, как-то отчаянно выдохнула и, не дожидаясь ответа, пулей вылетела вслед за парнем.

Иветт ещё пару секунд помешкала и побежала догонять подружку. Мы с Андрэ не сговариваясь поспешили на улицу.

- Госпожа Корин, господин Андрэ, простите нас, вот я ему сейчас задам!.. – пряча в собственном гневе огорчение и неловкость за резкую оговорку сына, Лесия собралась вернуть ершистого мальчишку назад и устроить ему взбучку.

- Подождите. – я придержала разгорячённую женщину за руку. – Все всё успеем. И вы, как мудрая мать, найдёте, что сказать сыну. И мы с мадам Флорой ещё побеседуем с Мариэль. Но не сейчас, позже. Только посмотрите на них…

Вверх по улице широкими шагами шёл Симон. Наша хулиганка уже догнала его и мелко семенила рядом, смешно подпрыгивая и задирая голову вверх, пытаясь что-то сказать парнишке. А тот, глотая обиду, продолжал шагать вперёд.

Гляжу, наша не отстаёт, упорно стараясь привлечь его внимание. Вот уже и Иветт с другой стороны присоседилась к брату, тоже пытаясь что-то ему объяснить. Симон коротко повернул голову, что-то ответил. Видимо, не слишком приятное. Мариэль замедлила шаг, отстала.

В душе защемило. Неужели так и уйдёт? Но нет, через несколько метров Симон всё-таки остановился, развернулся и, эмоционально размахивая свободной рукой, вернулся к мелкой.

Наверное, с минуту что-то толковал девчонке, пока та не потянула его за рукав, не заставила парня присесть и не повисла у него на шее.

Корзинка аккуратно опустилась на землю, загорелые мальчишеские руки обняли Мариэль, а я поняла, что у нашей детки появился хранитель и защитник в местном детском сообществе.

Вот и хорошо. Вот и не надо было прямо сейчас вставать между ними с праведными нотациями и вбивать клин обиды в зарождающуюся дружбу. Так ведь и вовсе можно было оставить девчонку без компании. В этой вольной деревне взрослые-то ещё не совсем обвыклись с тем, как вести себя с появившимися вдруг господами. Чего уж говорить о ребятишках, которым в жизни не довелось пока общаться с детьми более высокого сословия. Всё ещё сложится. А так… Ну вырвалось у парня заслуженное обидное слово в адрес маленькой баронессы, так не со зла же. Напротив, со страху за неё. По-человечески, простительно. Мать сама подровняет шероховатости сыновнего поведения и объяснит границы дозволенного. А

Симон уже и до остальных донесёт, и в обиду не даст.