Шерстяная «сказка» (СИ)

- Это мой самый страшный грех, за который я едва не заплатила жизнью сына. Не было бы тебя, не стало бы и его. Ты понимаешь? Его бы не было. Без тебя мы не спасли бы моего мальчика. – она, как заведённая, повторяла и повторяла одну и ту же жуткую для матери мысль:

- В том была бы только моя вина. Моя и больше ничья. Прости меня. Я знаю, наверное, это невозможно, и всё-таки молю, прости…

Я положила ладонь на руку покаянно плачущей женщины и сжала её так, как сейчас сжималось моё сердце. Я думала о том, как хорошо, что она об этом сказала. Мы могли бы остановиться на ни к чему не обязывающем нейтралитете.

Я не хотела лукавить и не могла ответить, что готова прямо сейчас раз и навсегда забыть обо всём – это была бы ложь. За долгую прошлую жизнь я отлично усвоила, что истинную цену любым словам назначает только время. Но Рози казалась искренней, и в это хотелось верить.

- Ну всё, не плачь, слышишь? Я постараюсь, обещаю. Настанет новый день, потом другой и третий, а там, глядишь, всё прежнее злое быльём и порастёт. Ты права, оправдания такому не найти. Но есть одно обстоятельство, которое в моих глазах смягчает твой грех.

- ? – Рози подняла на меня распухшие глаза.

- Ты делом доказала, что за своих детей готова не только убить, но и умереть сама. А это –

дорогого стоит.

- Спасибо… - она помолчала, проникаясь смыслом сказанного, - Корин, знаешь... Я всё это время хотела кое-что у тебя спросить.

- Что?

- Понятно, почему я пошла выхаживать Анри. Но ты? До сих пор не могу себе объяснить, почему это сделала ты? Зачем добровольно встала рука об руку со мной – своим врагом -

против смерти? Рядом со смертью.

- Действительно не понимаешь?

- Нет.

- Ну и ладно. Когда, всё-таки, сообразишь – считай, совсем человеком стала. И будет об этом. Мир?

- Мир.

49

Мне кажется, такой умиротворённой атмосферы в имении брата ещё не было никогда.

Сколько помню себя в этом доме, его постоянно сотрясали какие-то катаклизмы. Один за другим, особенно последнее время. И вдруг всё закончилось.

Никто не шумел, не скандалил, здесь больше никто не чувствовал себя изгоем. Не знаю, как объяснить… Просто семья, просто живёт. И всем дышится свободно и спокойно. Даже не по себе как-то. Привыкли же все круглосуточно находиться «под наркозом», в напряжённом ожидании какой-нибудь гадости.

Мы с Рози не сделались молниеносно, прям вот сразу после нашей приватной посиделки друзьями не разлей вода. Прежде всего нужно было время, чтобы улеглись воспоминания, перестроилось общение и появились общие приятные темы для разговоров. Но сноха перестала от меня шарахаться, а у меня получалось смотреть на неё без неприязни.