Шатун. Шаг в неизвестность

Выходит, спуститься они еще не успели. Известно хоть, с кем биться будем?

– В том-то и дело, что нет, – мрачно вздохнул Шатун. – Никто толком ничего не знает. Известно только, что банда большая. Все верхами и вооружены.

– Сомнения меня берут, княже, – подумав, тихо протянул пластун. – Весна в нонешнем году ранняя, и перевалы еще не должны были открыться. Снег там еще лежит. И как тогда те бандиты его перешли?

– Самому бы понимать, – хмыкнул Руслан в ответ. – Но другой дороги там нет. Выходит, с той стороны идут. А на той стороне у нас море.

– Это ты к чему? – не понял следопыт.

– А к тому, что это не просто банда. Думаю, это турки. На корабле пришли, лошадей выгрузили и через перевал пошли.

– Зачем это? – не понял казак.

– А не ждет их никто с этой стороны. Там по всему побережью городки да села рыбацкие, а земля грузинская. К примеру, в Сухуми выгрузились и на перевал пошли. Местных или в ножи взяли, или просто разогнали. Вот и некому стало весточку подать. В Гудауте тоже разгрузиться можно. Там народу еще меньше.

– Выходит, мы им тут перевалы закрыли, а они в обход пошли? – понимающе хмыкнул казак.

– Угу. Потому и торопимся. Нельзя этих башибузуков в долину пускать. Прорвутся, все кровью умоются, – вздохнул Руслан.

– Успеем, княже. Надо будет, с ходу в шашки ударим."

"– И поляжем там все. Не забывай, что там их почти сотня. Возможно больше. Нет, брат. Тут с умом надо, – мотнул Шатун чубом. – Дождаться, когда они у выхода с тропы соберутся, и мортирами. А чтобы не вырвались, выход заминировать. Ну, а после мортир гранатами да винтовками. А в шашки, это уж в самом крайнем случае. Это, брат, не фронт. Это как с татями ночными драться. Хоть кистенем, хоть поленом бей, но к себе не подпусти, иначе нож в бок точно получишь, как ни крутись.

– Да уж, – помолчав, тяжело вздохнул следопыт.

– Чего вздыхаешь, Рома? – отреагировал Шатун на его вздох.

– Не знаю, как и сказать, княже, – вдруг смутился казак.

– А как есть, так и говори, – пожал Руслан плечами.

– Уходит время казачье, – выдал пластун неожиданную сентенцию. – Прежде казак славу и честь в бою шашкой добывал. А теперь что? Мортиры, мины, гранаты. А где бой честный? Где удаль казачья?

– С нами, брат, – твердо ответил Руслан, заметив, что к их разговору прислушиваются остальные два десятка. – Я ведь недаром сказал, что мы не на фронте. Это там можно и в лаву, и грудь в грудь с врагом сойтись. А здесь мы не просто с врагом режемся. Мы с татями, которые исподтишка нападают, деремся.