0
0
– Фарватер, – капитан склонился над компасом, – полагаю, в северном направлении. Тогда нам надобно в правый рукав. Не в левый, а в правый…
– И где ты здесь видишь рукав? – спросил Фиш. – Путь – один. Держи курс, говорю.
– Только что были два рукава, – упирался Пудлорак. – Но может, мне вода в глаза попала. Или это туман морочит. Ладно, пусть течение несет. Вот только…
– Что опять?
– Компас. Показывает в другую сторону… А, нет, все нормально. Это я проглядел. На стекло со шляпы накапало. Плывем.
– Плывем.
Туман то густел, то рассеивался, ветер стих абсолютно. Сделалось очень тепло.
– Вода, – отозвался Пудлорак. – Не слышите? Как-то по-другому воняет. Где это мы?
Туман рассеялся, и они увидели густо заросшие берега, устланные гнилыми стволами. Место сосен, елей и тисов на островах заняли кустистые водные березы и высокие, конусовидные у комля таксодии. Стволы таксодиев оплетали лианы кампсиса, его ярко-красные цветы были единственными живыми пятнами среди гнило-зеленой болотной растительности. Воду покрыли ряска и водоросли: «Пророк» разрезáл их носом и волок за собой, будто саван. Поток был мутным и действительно источал паскудный, словно бы с гнильцой, запах, со дна поднимались большие пузыри.
– Тут могут быть мели, – встревожился он внезапно. – Эй, там! Одного с лотом на нос!
Они плыли, увлекаемые слабым течением, все еще среди болотистого пейзажа. И гнилого смрада. Матрос на носу выкрикивал монотонно, промеряя глубину.
– Господин ведьмак, – Пудлорак склонился над компасом, постучал в стекло, – взгляните на это.
– На что?
– Думал я, что стекло запотело… Но если игла не сошла с ума, то мы плывем на восток.
– Но ведь это невозможно. Нас несет течение. Река… – оборвал он себя.
Над водой нависало гигантское, частично выкорчеванное дерево. На одной из голых ветвей стояла женщина в длинном и облегающем платье. Стояла неподвижно, глядя на них.
– Поворачивай, – тихо сказал ведьмак. – Поворачивай, капитан. К противоположному берегу. Подальше от того дерева.
Женщина исчезла. А по стволу промелькнула крупная лиса, промелькнула и скрылась в чаще. Зверь казался черным, белел лишь кончик пушистого хвоста.
– Она нас нашла. – Аддарио Бах тоже заметил. – Лиса нашла нас…
– Проклятущее проклятие…
– Ну-ка тихо, оба. Не сейте панику.
Они плыли. С сухостоя на берегах следили за ними пеликаны.
Интерлюдия
Сто двадцать семь лет спустя
– Тамочки, за холмом, – ткнул кнутом купец. – То уже Ивало, красавица. Половина стайе, не больше, мигом дойдешь. Я на перекрестке к Марибору сворачиваю, тут прощаться придется. Бывай здорова, пусть тебя в дороге боги ведут и берегут.
– И вас пусть берегут, добрый господин.
