3
0По спине дул легкий сквознячок, зна-чит, недалеко дверь, и я предположила, что лежу в каком-то помещении. Вокруг было темно, даже очертаний предметов не было видно, и я не знала, что это за комната.
За стеной орал телевизор. Иногда оттуда доносился грубый мужской смех и обрывки разговора. Судя по голосам, там находилось двое мужчин. Грубый мужской бас принадлежал громиле, схватившему меня; второй, более приятный голос, я слышала впервые."
"Их отрывочные фразы, что долетали до меня, ничего интересного не несли. Говорили о наркотиках и решали, кому идти за очередной дозой. Да еще ворчали на старика. Вдруг наступила тишина.
- Она уже пришла в себя? - Послышался из соседней комнаты знакомый голос, принадлежавший недавнему знакомому. Я непроизвольно напряглась.
- Мы это... как бы не проверяли... - ответил обладатель баса.
Затем дверь открылась, и включился свет. Я на мгновение ослепла, а тело начало дрожать еще сильнее, даже зу-бы застучали.
Наконец, когда глаза привыкли к свету тусклой лампочки, я увидела старика, усаживающегося на шаткий криво-ногий стул напротив меня. Теперь мне удалось полностью рассмотреть старческое лицо. И оно показалось мне еще более мерзким и отталкивающим, чем в первую встречу.
- Смотрю, ты очнулась, - раздался его голос из темного провала рта.
Я не удостоила старца ответом, только смерила уничтожающим взглядом.
- Ну, и что теперь с тобой делать?
Я упорно молчала, с ненавистью смотря на говорящего.
- Ты пойми, деточка, ведь это ты виновата в том положении, в котором сейчас оказалась. А я ведь говорил тебе.... Я ведь предупреждал, чтобы ты отказалась от помощи Тениэлю. Я даже рассказал то, о чем смертным знать не положено. Но ты не поверила мне, а зря, я ведь говорил правду. И что мы теперь имеем? - Рассуждал старик сам с собой. - Правильно, кучу неприятностей. И вместо, того чтобы послушаться меня и мило посапывать в своей кроватке, видя чудесные сны, ты решила влипнуть в грязную историю, из которой, можешь мне поверить, ты вряд ли выпутаешься.
Я закрыла глаза. Не хотела видеть эту неприятную ухмыляющуюся рожу.
- Надеюсь, теперь ты поняла, что я не намерен с тобою в игры играть и шутки шутить. Мне больше по нраву вопли и страх. Я их коллекционирую, и мог бы долго тебе рассказывать обо всех оттенках страха, начиная от легкого как перышко испуга и заканчивая диким безумным ужасом. М-м-м..., - старик закатил глаза, видимо, смакуя свои деликатесы на языке, чем заставил меня брезгливо скривиться, - и мне кажется, я вижу твой страх в ясных заплаканных глазках. Да, деточка? Обещаю, мы это легко исправим. Зачем нам глазки? Чтобы смотреть на похот-ливого мужика, трахающего каждую ночь разных баб? Только попроси, и я быстренько избавлю тебя от этой бо-ли... - он облизнулся. - И хочу задать тебе еще один вопрос.
