Семья вдребезги

И если мы с Данилом задержимся – в девять вечера дайте Илье стакан молока. Или кефир. Илья, что будешь?

Сын смешно сморщил нос – не хочет. Но я уже выучила своего ребенка. Если перед сном не дать молока – Илья ночью проснется и будет просить есть.

– Нос морщит прямо как отец, – ухмыльнулась няня, а меня опять будто током ударило.

Нам ведь и раньше говорили про сходство, а мне так приятно было, что я внимания не обращала на эти слова.

Сейчас же каждое такое замечание по живому режет.

– Я переодеваться, – губами коснулась нежной щёчки сына.

Если… Дан его родной отец, то что будет? Мне придется уйти от своего ребенка?

Настроение мрачное, платье выбрала под него.

Чёрное, строгое, узкое – Данил говорит, что в этом наряде я похожа на стерву-злодейку из сказок. Собрала волосы на затылке и накрасилась непривычно ярко. Взглянула на себя в зеркало.

Да, Даша. Весь твой вид просто кричит о том, что ты вот-вот взорвешься.

Мне словно вызов бросили. Неожиданный, разрушительный, страшный.

Что я делала не так, почему это со мной происходит?

– Вау, – присвистнул муж, когда я вышла к нему на крыльцо. Оценивающий взгляд скользнул по моей фигуре, остановился на лице.

 – Даша, до ресторана мы не доедем. Сверну в ближайший тупичок и… – за бедра он рывком притянул меня к себе и хищно клацнул зубами возле моих губ.

– Свернешь в тупичок и? – запрокинула к нему голову.

Данил прижал теснее, и в живот мне уперлась выпирающая ширинка его брюк.

Смотрим друг другу в глаза, и по коже бегут дурацкие мурашки.

Я давно забыла как это – желать и трепетать от мысли, что вот он, прямо сейчас, меня хочет. Много лет у нас был секс по графику, а потом появился Илья.

Я все свое внимание отдала этому ребенку, все силы бросила на то, чтобы он привык жить в семье, поверил, что у него есть отдельная комната и никто не возьмет без спроса его игрушку.

Первые полгода Илья плакал и без конца спрашивал, не уйду ли я от него. А я терпеливо заверяла, что мы всегда будем вместе. И не понимала женщину, которая могла отказаться от этого малыша.

Она ему страх внушила, мысль, что он никому не нужен. Я это предательство любовью лечила. И теперь мне придется оставить Илью?

– Маленький, ты чего? – заметил перемену во мне Данил. Чуть отодвинулся и заглянул в глаза.

 – Даша, блин. Из-за этого макияжа кажется, что ты сейчас достанешь из сумочки браунинг и застрелишь меня.

– Боишься? Живи пока, любимый, – улыбнулась и отступила. Шагнула к распахнутой дверце и нырнула в авто.

Данил за рулём.

Он смотрит на меня всю дорогу, нервирует этим взглядом, но я не иду на контакт.

– Ты сегодня похожа на Виту, – заметил Дан, паркуясь у ресторана.

– Я на нее каждый день похожа. Или она на меня. Ты знаешь, кто из нас старше на две минуты?

– Нет. Кто? – в ее взгляде любопытство.

– Секрет.