3
0И кто знает, чем бы всё закончилось, не появись на его пути Эдельвея - врач из будущего, лекарь из настоящего.
Вот так работает магия лекаря-дракона, которых почти не встретишь в Аскарде. Лекарями обычно становятся эльфы, а среди драконов это исключение из правил. Именно потому генерал и выбрал себе жену, как сильную драконицу.
Глава 13
Я слышала про остеопатов, но никогда к ним не обращалась. Мне казалось шарлатанством то, что они предлагали. И вот сейчас я ощущала тепло в руках, которое каким-то мистическим образом заставило мальчишку пошевелиться. Он открывает глаза и резко дёргается, будто я и впрямь какое-то чудище.
- Ого, - обращаюсь к Эдель. – И многое ты умеешь? – разглядываю руки. С виду совершенно обычные, даже ногти как у меня: короткие и без лака.
«Достаточно, чтобы помогать».
- От кого ты бежал? – спрашиваю на сей раз у мальчишки, который прислонился к дереву спиной.
- Деревню сожгли, мать велела спасаться. Они идут сюда! Зелёные и страшные.
Значит, обратно дороги нет. По крайней мере пока. Следует выбирать другой путь. Если нельзя на запад, следует идти на восток, юг или север.
- Там болота. Много потопли, пока пытались перейти, - машет мальчишка в одну сторону.
Отлично, чем меньше выбора, тем проще.
- Там Орвиг, - показывает на север.
«Страна орков, откуда они и совершают набег», - объясняет Эдель.
- Отлично, значит, единодушно выбираем чудесное место под названием «Мёртвые земли», - выношу вердикт нашей маленькой компании.
- Там опасно! – быстро-быстро качает мальчишка головой.
Опять двадцать пять. Замкнутый круг? Должен быть выход.
- Почему? – не совсем понимаю.
- Его называют стражником, он хранит границу между Аскардом и Мёртвыми землями, - рассказывает, как по учебнику мальчишка.
- И почему его стоит бояться?
- Видели орков? – задаёт риторический вопрос. - Так вот они - милые малыши по сравнению с тем, кто ходит неподалёку.
Орки малыши? Чёрт, о ком он вообще говорит? Сразу видно, что копирует кого-то из взрослых, у ребёнка не может быть подобного мнения.
- Его называют пожирателем, - продолжает мальчишка. – Он появляется, когда кто-то намерен пересечь черту.
- Границу? – уточняю, и он кивает.
- И что он делает? – интересуюсь у мальчишки.
«Наверное, колыбельные поёт», - встревает Эдель. – «Но что-то мне подсказывает, что там нечто другое. Может пожирает?»
- Ой, не умничай, - говорю вслух, понимая, что этим пугаю ребёнка. – Вообще никто не может пройти? – снова обращаюсь к нему.
- Только император или генерал!
- Он их в лицо знает? – не понимаю, но вспоминаю про пуговицу, выданную Ринальдом. Может, как раз на этот случай? – Как выглядит твоё чудище? Оно разумное?
Он принимается мне расписывать огромное чёрное создание, на голове которого торчат рога, и отовсюду ползут щупальца.
