Сантехник. Твоё моё колено

Прованс

Финансовое могущество моего папаши олицетворяла двухкомнатная квартира и зеленый «Москвич». Официально цвет назывался «кипарис».

— Ах, Франция! — сказала мама, узнав эту дизайнерскую автомобильную новость. Она считала все зеленое и желтое «Москвичами», а красное — «Запорожцами». Она не понимала, где папа шутит, а где говорит серьезно.

Еще был огород с бесконечным запасом крыжовника. Мама применяла огород для воспитания меня. Взмахи тяпкой, верила она, привьют ребенку любовь к тыквенной каше. Так в детстве еще угасло для меня очарование прополки, сбора навоза, картофелекопания и сна в мороз с раскрытыми окнами. И тыкву я не жру с тех пор принципиально. Но в огородной будке, я верил, можно переждать ядерную зиму.

Избалованные жизнью, мы не завидовали тогда владельцам «Жигулей». Не завидовали даже соседу, который выиграл «Волгу», чем перепрыгнул сразу четыре социальных слоя, включая мопеды и «Запорожцы». Сосед ворвался в высший свет и мыл свою прелесть во дворе, как настоящий князь. Дома стояли полукругом. Он не боялся, что шесть подъездов сдохнут от зависти, хоть и допускал такой финал. Жена его Марина подносила воду и смотрела в окна. Солнечные зайцы от ее глаз бежали по потолкам, разгоняя пауков. И не только очи ее, вся она светилась неприятным радиоактивным свечением. Разумеется, эта «Волга» сгорела. Радиация вкупе с народным мнением губительны для предметов роскоши.

В центре Риги гнездилась тогда феодальная знать. В их квартирах, говорят, встречалось по четыре и более комнат. Мы не верили этим средневековым мифам. Нам ближе были инопланетяне, которые и встречались чаще, и разделяли наши ценности. Например:

1. СССР вечен и однажды захватит галактику.

2. Гагарин жив, просто прячется.

3. Мы Родина Циолковского, поэтому шансов попасть на Марс у меня больше, чем во Францию.

Теперь Союз расползся не по вселенной, а как старая тряпка. А «Франция» и «Опять» — слова-синонимы. Так же как «Вечность» и «Переменчивость».

После сытого детства, после «Москвича» и крыжовника плевать я хотел на Прованс. Если бы не Катя — нипочем бы не поперся. А она женщина и от слов «Кот-д-Азур» млеет. Вообще, все слова, содержащие «Кот», для женщин священны. А постфикс «д-Азур» и вовсе лишает их усидчивости.

Семен Борисович снял виллу для всех. Но у безлошадного Некрасова каждый день репетиции. Он должен жить в гостинице вместе с театром. А «лексус» я ему не отдам.

Гостиница прекрасна, уверял актер. Всего в 15 км от дачи Абрамовича, ровно между Ниццей и Каннами. Вокруг лес, ни одного комара. Спишь с открытым окном, утром вся кровь на месте. Животный мир представлен ящерицами, цикадами, и еще в лесу видели огромных жаб.

— Что же они жрут, если комаров нет? — спросил пытливый Раппопорт.