6
0– Он неловко переступил с ноги на ногу, опираясь на костыль. – Я пришел за своим конем.
– Вам нет нужды уезжать. Место для вас есть – можете стать капитаном моей стражи, когда поправитесь. А Эг будет жить вместе с другими оруженосцами, и никто не узнает, кто он.
– Благодарю вас, миледи, но нет. – Дунк потащился к Грому, стоявшему в дальнем деннике.
– Подумайте хорошенько, сир. Времена нынче опасные даже для драконов и их друзей. Останьтесь хотя бы до полного выздоровления. – Роанна шла рядом с ним. – И сиру Юстасу будет приятно. Он очень вас любит.
– Любит, – согласился Дунк. – Будь его дочь жива, он выдал бы ее за меня, а вы были бы моей леди-матерью. У меня ведь никогда не было матери, даже без «леди».
Какой-то миг ему казалось, что леди Роанна сейчас снова закатит ему оплеуху. Или костыль вышибет, чего доброго.
– Вы сердитесь на меня, сир, – сказала она вместо этого. – И вправе требовать возмещения.
– Вы могли бы помочь мне оседлать Грома.
– У меня на уме нечто другое. – Она взяла его за руку своей, веснушчатой, с тонкими сильными пальцами. «Бьюсь об заклад, она вся в веснушках». – Вы понимаете толк в конях?
– У меня есть один.
– Старый, пригодный только для битвы, неповоротливый и злобный. Не такой, чтобы на нем путешествовать.
– Делать нечего – для путешествий у меня либо он, либо они. – Дунк показал на ноги.
– Ноги у вас, конечно, большие, и руки тоже. Для большинства верховых лошадей вы чересчур велики – под вами они походили бы на пони. Однако вам пригодился бы скакун резвый и в то же время рослый, с добавкой дорнийской крови. Такой, например, как она.
Напротив Грома стояла гнедая кобыла с горящими глазами и длинной огненной гривой. Леди Роанна достала из рукава морковку и скормила ей, поглаживая лошадь по крупу.
– Нет, пальцы оставь в покое. Я зову ее Искоркой, но вы можете сами подобрать имя. Назовите Заменой, если хотите.
Дунк, на миг утратив дар речи, посмотрел на гнедую новыми глазами. Такого коня у сира Арлана никогда не было. Она способна мчаться как ветер – стоит только посмотреть на ее длинные точеные ноги.
– Все ее племя славится красотой и резвостью, – сказала Роанна.
– Я не могу ее взять.
– Почему?
– Слишком хороша для меня. Сами видите.
Роанна, вспыхнув, скрутила косу узлом.
– Я была вынуждена выйти замуж, вы знаете. Завещание моего отца… ну, не будьте же таким глупым.
– Каким же мне еще быть? Я туп, как чурбан, и бастард к тому же.
– Возьмите лошадь. Я не отпущу вас без какой-нибудь памятки о себе.
– Я буду вас помнить, миледи, не сомневайтесь на этот счет.
– Берите, говорят вам!
Он схватил ее за косу и притянул к себе. Это вышло у него неуклюже из-за костыля и разницы в росте. Он чуть не упал, пристраивая ее губы к своим. Она одной рукой держала его за шею, другой за спину.
