Рождественский поцелуй

– Как думаете, кто это?

Сидевшая на диване бледная измученная Николь произнесла:

– Поверьте, я долго рылась в памяти и не вспомнила ни одного человека, чьи имя или фамилия начинались бы на эту букву. Словом, я не знаю, кто хотел бы причинить Реджине зло.

Даниэль Кавендиш принялась расхаживать по гостиной.

– Почему целью злоумышленника стала Реджина? В Лондоне немало богатых дебютанток. Так почему именно она?

Даффин с мгновение смотрел на нее, а потом потер переносицу и отвел взгляд. Даниэль напоминала ему Реджину. Они обе обладали черными, как вороново крыло, волосами и голубыми глазами. Только Даниэль Кавендиш уступала Реджине в росте. На протяжении многих лет она была французской шпионкой и только потом начала работать с Гримальди. Со своим мужем Кейдом она познакомилась, расследуя одно из дел вместе с Марком.

– Пять тысяч фунтов – большая сумма, – ответил Даффин. – Уверен, немногие семьи располагают такими деньгами. Реджина как то призналась мне, что очень богата. Наверняка об этом знали другие люди.

Оуклиф был на пределе и еле держался. Как только он узнает, кто такой этот К, мерзавцу придет конец. Он попросту разорвет его на куски. Если с головы Реджины упадет хоть волос, негодяю не скрыться ни в одном городе, ни в одной стране мира. Даффин найдет его и заставит заплатить.

– Кошмар какой то, – произнесла Николь, нежно поглаживая живот. – Все это просто бессмысленно.

– Бессмысленно! – выкрикнул попугай Делайлы. Несносная птица повторяла все подряд, и это уже переполнило чашу терпения Даффина.

– А вот мне очень интересно, как эти люди, кем бы они ни были, знали о каждом шаге Реджины, – произнес Рейф.

– Именно, – перебил его Даффин. – Меня этот вопрос мучает больше всего.

Рейф задумчиво потер подбородок.

– Тот, кто оставил записку в конюшне, подобрался довольно близко, не оставив при этом следов. Это странно.

– Не оставив следов, – повторил попугай.

– Следы, ведущие от конюшни, определенно принадлежали мужчине, и других там не было, – произнес Даффин. – Но я по прежнему уверен, что он действует не один."

"– В тот раз преступник был один, – покачал головой Рейф. – Он без сомнения понимал, что вызовет меньше подозрений, если проникнет на конюшню в одиночку.

– В одиночку! – выкрикнул попугай.

Даниэль перестала мерить шагами гостиницу и присела в кресло.

– Или же эти следы были отвлекающим маневром.

– Что? – все присутствующие разом ошеломленно посмотрели на нее.

– Что? – так же ошеломленно повторил попугай.

Даниэль продолжила:

– Однажды я работала над делом, в котором злоумышленник проживал в доме, но при этом постарался оставить следы, ведущие в никуда. Как потом выяснилось, он вернулся в дом по траве, сняв ботинки. Весьма умный ход, должна сказать.