4
0
— Возьми это?
— Что?!
Я скептически посмотрела на окровавленного седого мужика, на которого, судя по всему, помочился Шарик.
— Натурой хочешь расплатиться? Извини, но бомжи не в моем вкусе.
— Во-первых, я не бомж. Во-вторых, тут пирсинг. В соске. Расстегни застежку. Там золотая штанга. С брюликом…. Сдашь… — усмехается сквозь боль. — Хватит надолго. Решайся! Озолочу… Или… — сощуривается.
— Или что?
— Второй вариант тебе не понравится, — произнес с угрозой мужик.
И я подумала, что моя доброта и доверчивость может выйти мне боком.
Уже вышла.…
Ведь не будь я такой доверчивой, Каретин меня бы не обобрал.
Так что с этим бомжом нужно быть настороже. Зачем я только его затащила? Лежал бы себе в сугробе… и замерзал!
Но оставление человека в такой ситуации — тоже преступление, не так ли?!
Похоже, выбора нет, придется взять, что дают...
Тьфу, и надо же было так влипнуть!
Глава 4
— Ладно, — после недолгих колебаний говорю я. — Я сделаю всё, что смогу. Постарайся не отключиться.
— Я в норме, — самоуверенно ответил незваный гость и…. потерял сознание.
Вот как с ним быть? Скорее браться за дело...
У меня даже испарина на лбу выступила.
Вдруг он помрёт?!
Только трупа мне для полного счастья не хватало.
И мужик здоровый. По-хорошему бы перенести его туда, где я обычно оперировала животных — кастрировала котов, зашивала рваные уши и латала поврежденные лапы и хвосты.
Надеюсь, справлюсь и ничего серьёзного нет. Раны, слава богу, не огнестрельные!
Компанию мне составлял Шарик. То смотрел, свесив голову на бок. То потявкивал, но под ногами не крутился, как будто понимал, что я занята важным делом.
Когда все было закончено, я набросила на здоровяка тонкую простыню и байковое одеяло, упала почти без сил.
— Надеюсь ты не помрешь, — похлопала его по руке."
"Руки у него, кстати, чистые и ухоженные. Кожа мягкая.
Под ногтями только запекшаяся кровь, никакой въевшейся грязи.
Руки у него не руки бездомного… и вообще меня снедали сомнения.
Бомж ли он?
— Кто же ты? — спросила я вслух.
Шарик подобрался поближе и лизнул ногу мужчины.
— А теперь ты, покажи, как поживает твоя лапка и ухо.… — подозвала песика.
Тот был не очень доволен, что его вертели и надели ошейник.
— Помыть бы тебя…
Но я слишком устала, поэтому поплелась в небольшую комнату, которая сейчас служила мне спальней и рухнула без задних ног!
***
Два дня здоровяк находился на грани жизни и смерти, то приходил в себя, то забывался. Нёс всякий бред, как будто он был большой и важной шишкой, отдающей распоряжения.
На третий день ему значительно полегчало, а на четвёртый.…
Я всего лишь решила принять душ, как вдруг шторку резко дернули в сторону.
На меня уставился взгляд синих глаз.
