10
0Спустя минутку появился и звук. Однако Альберт торопливо пояснил, что время закончилось, и дольше говорить нельзя.
Джульетта готова была разрыдаться. В принципе, она так и сделала, когда связь прервалась. И рыдала бы еще до самого утра, если бы не Фред, решивший, вероятнее всего, забрать свой планшет за ненадобностью.
Жулька рыдала, пряча лицо в подушку. И даже когда мужская ладонь легла на ее затылок в утешительном жесте, слезы не иссякли.
– Отвали, Фредди! – всхлипнула Джульетта, не поднимая головы.
– Еще чего! – фыркнул насмешливый голос над самым ухом.
Джульетта резво подпрыгнула на постели. Всего секунду ее сознание воспринимало информацию. А потом, когда до Джульетты дошло, что все происходит на самом деле, она рванула вперед, повалив желанного гостя на спину.
Кажется, они свалились на пол с жутким грохотом. Но никто не обратил на это внимания. Где-то в коридоре щелкнула входная дверь, пискнул замок, отсекая молодых людей от всего мира, оставляя их наедине друг с другом.
– Ненавижу тебя! – выдохнула Жулька, лихорадочно цепляясь пальцами за мужскую рубашку. – Ненавижу!
– Нормальный расклад! – так же тихо выдохнул мужчина, не менее крепко сжимая руки на девичьих плечах.
– Потому что не могу больше. Ни минуты без тебя! – пробормотала Жулька, обхватывая ладонями щеки, заросшие щетиной.
– Уже лучше, Лисеныш, – пробормотал Джек, накрывая затылок Джульетты своей ладонью и заставляя склониться ближе.
Время остановилось. Замерло. Словно боясь потревожить уединение двух влюбленных. Словно позволяя им насладиться встречей после долгой разлуки.
Сил и терпения не хватало даже для того, чтобы снять одежду.
– Как же я скучал, Лисеныш! – на выдохе простонал Данилов, одним толчком погружаясь в любимое тело и чувствуя ответную дрожь.
Джульетта пробормотала что-то невнятное, даже не пытаясь сдерживать себя, скрыть свои эмоции, слезы, стоны, всхлипы. Она безумно любила своего Злодея и не мыслила без него своей жизни. Ни единой минуты. Ни единого вдоха.
Уже потом, спустя вечность, они нашли в себе силы, чтобы перебраться на постель, не разжимая рук.
А вот Жулька, наоборот, не переставала улыбаться, поглаживая немного покрасневший участок кожи, прикрытый прозрачной пленкой. Новый рисунок красовался на теле Данилова. Аккурат под шрамом от пули.
