4
0
Точно знаю, если б не зрители, Кир пресёк бы этот цирк самым жестоким образом. Он говорил не для Кейна, он говорил для защитниц и боевиков, которым выпало стать свидетелями столь некрасивой сцены.
— Насколько мне известно, решение принимал Совет Ордена.
Кейн громко фыркнул.
— Ну да! Как же!
— Что заставляет тебя сомневаться? — вопросил Кир, складывая руки на груди.
— Что?! Да Совет Ордена никогда бы…
— Никогда? — перебил синеглазый. — Почему же?
— Да потому что Карас и девочки, они… они…
— Знаешь, Кейн, если бы приговор выносил я, то эта троица не в Северные горы, а на плаху отправилась.
— Да ты… — начал было Кейн, но его перебили.
— Да, я. И я, в отличие от тебя, понимаю разницу между дракой и покушением на убийство. Более того, я недоволен приговором. Я уже отправил в Орден требование о пересмотре дела и ужесточении наказания.
— Что?
— Преступления, нарушающие Сводный кодекс, должны караться строже. Это не я сказал, так в самом кодексе написано.
— Мразь! — выдохнул защитник. — Какая же ты мразь! Из-за какой-то паршивой верилийки ты… своих…
Ударить Кир не успел — Леор подлетел раньше.
Но парень всё равно не унялся:
— Ты не за справедливость бьёшься, Кир! Ты делаешь это потому, что они напали на твою…
Леор неприязненно поморщился и припечатал Кейна кулаком по затылку. Захмелевший защитник вырубился раньше, чем договорил.
И хотя оппонент слышать уже не мог, Кир ответил:
— Да. И что?
Тишину, которая воцарилась на арене, нарушил усталый голос тренера:
— Эмелис, Кирстен… идите отсюда, а? — И совсем тихо: — Надоели вы мне.
Глава 10
С занятий меня выставляли нечасто, но бывало — за споры с преподами, в основном. А вот удалиться с тренировки попросили впервые. И хотя Канг сделал это ради того, чтобы оградить нас с Киром от излишнего любопытства, было обидно."
"Кирстен помог надеть шубку, терпеливо дождался, пока натяну шапку и перчатки. После подставил локоть, предлагая опереться, и повёл к корпусу женского общежития — тренировка стояла в нашем расписании последней.
Под ногами хрустел снег — утром дорожки расчистили, но к обеду снова намело. С неба сыпались искристые маленькие снежинки. Мир казался не просто белым — ослепительно чистым. Вот только мороз ощутимо кусал за щёки…
— Кир, а что это было? — тихо спросила я.
— Ты про Кейна?
— Ага.
Боевик шумно вздохнул, сказал, не скрывая грусти:
— Это любовь, Эмелис.
Я изогнула бровь, одарила брюнета удивлённым взглядом.
— Видишь ли, на первом курсе Кейн и Карас встречались, — пояснил Кир, чем вызвал ещё большее удивление.
