Продолжай

- Ну я не зна-а-аю… Погоди, сейчас сверюсь с первоисточником. Так, так… Та-а-ак… Слушай… Как-то это так описывается… Она еще и причмокивает! Такое ощущение, что я читаю кулинарную книгу!

- А что… - мурлыкнула Поля, собравшись с мыслями. – Между прочим, бараньи яички считаются деликатесом в кавказской кухне…

- Тьфу на вас! – Ракитянский сунул книгу под кровать. А потом заложил ногу на ногу, закинул руки за голову. - И все же мне не дает покоя вопрос - как кричат чайки?

- Давай спать, юный орнитолог.

Наутро Ростислав Игоревич подскочил как ужаленный под истошные вопли. Сел на кровати и заозирался ошарашено.

- Что это?!

- Ты вчера хотел узнать. Именно так кричат чайки.

Звуки наконец-то смолкли. Слава рухнул обратно на подушку.

- Все, я стану заикой,  - Поля в ответ лишь фыркнула. – Или импотентом!

- Вряд ли мне так повезет, - рассмеялась Полина.

- Эй! – он снова подскочил, весь возмущенный. Был награжден поцелуем. И внезапно воодушевился. - Слушай,  а заикание – это тема! Это ж можно при умелом обращении в зале суда другую сторону до нервного тика довести!

Поля рассмеялась.

- Вставай уже, адвокат-заика. Завтрак на столе. А у тебя в десять суд.

* * *- Я приготовил завтрак, - Слава трется носом о ее шею. Сегодня та редкая суббота, когда он встал раньше. – И кофе тебе сварил.

- Ненавижу кофе… - бормочет она из-под одеяла.

- В смысле? – он выпрямляется и озадаченно смотрит на темную макушку. – Если не любишь, зачем пьешь?

- Потому что успешные люди пьют черный крепкий кофе, - отвечает она так же из-под одеяла.

Он некоторое время разглядывает темную макушку молча. А потом целует ее.

- Эх ты, балда… - треплет рукой и без того растрепанные после сна волосы. – Успешные люди пьют то, что им самим нравится. И чему вас в вашей школе адвокатуры на букву «М» учат? Что тебе вместо черного кофе сделать?

- Капучино, - она наконец-то высовывает нос из-под одеяла. В этот нос ее тут же целуют.

- Капучинатор на кофеварке есть? Я что-то не припомню.

- Есть,  - сонно улыбается она.

- Тогда марш в ванную, готовность десять минут.

* * *То, что еще недавно, до Нового года, казалось Полине добрым знаком, теперь вдруг сменило полярность и стало знаком дурным, а то и вовсе предзнаменованием беды.

С предохранением они были все более и более беспечны – и ей, и ему нравилось так, без всего.

Я выйду... - и не вышел, не успел.

Дни безопасные – а по-настоящему таких не бывает.

Единственный стопроцентный способ контрацепции, как известно, кефир. Вместо. Кефир, как черный кофе, Полина не любила. И до недавнего времени исправно пила и то, и другое.

И вот теперь,  несмотря на все огрехи и беспечность  - фертильность словно выключилась.  Менструации приходили четко, как часы.