5
0
Снежные сугробы вызвали у него ассоциации с белыми подушками и простынями. На них в воображении Дейва спиной лежала Терри, которая страстно изгибалась, находясь под ним…
Он поспешно отпил глоток обжигающего кофе.
— Дейв?
— Да?
— Ты в порядке?
— Конечно.
— Только что у тебя было странное выражение лица. — Терри поставила чашку на подоконник и принялась стаскивать с себя парку. — Есть хочешь? Судя по запаху, Лайза тушит оленину.
— Нет. — Мне нельзя задерживаться и расслабляться, подумал Дейв. К тому же он никогда не ел мясо оленя, имея какое-то не вполне понятное ему самому предубеждение в этом отношении.
— Хорошо, — сказала Терри, глядя на него с таким видом, будто была не до конца уверена, действительно ли это он. — Давай отправимся в душ. Сегодня нам повезло: нет очереди. Однажды я ждала два часа! — Она повесила парку на крючок. — Когда Лайзы и Тима нет, все основывается на доверии.
Терри кивнула на дубовый стол, на котором лежали металлическая коробка и от руки написанный прейскурант: душ четыре доллара, стиральная машина — три, сушилка — три.
— Мой бумажник остался в Норман-Уэлсе, — напомнил Дейв. — Вернее, сейчас он уже в Торонто, его вместе с пальто увез Роберт.
— Это плохо. — Терри покачала головой. — Нет денег — нет душа! — Она взяла чашку и отпила глоток кофе. — Ладно, так и быть, раз уж я случайно испачкала твое лицо, значит, мне и платить.
Да уж, случайно! — подумал Дейв. Он снял парку. Чем раздумывать над загадками Терри, лучше сосредоточиться на скорейшей связи с Робертом, Тот получил основные инструкции, но нужно еще раз напомнить ему, что лучшим другом для него, то есть для самого Дейва, является Джеф Сандерс, а худшим врагом — Джулия Брикстоун.
— Не возражаешь, если я пойду первой? — спросила Терри.
Дейв пожал плечами.
— Дамам принято уступать.
— Парень, ты на Севере, а не в Париже.
— Верно. Но мужчины везде остаются мужчинами, а женщины…
Он невольно умолк, потому что в этот момент Терри сняла свитер.
Она без лифчика! У Дейва засосало под ложечкой. Отсветы пляшущего в камине пламени заскользили по обнаженной светлой коже, по искусительным выпуклостям и изгибам точеного девичьего тела.
— И что же женщины? — спросила Терри, роняя свитер на пол.
— Прекрасны и восхитительны, — прошептал Дейв. — В частности одна из них.
Она замерла, взявшись пальцами за ползунок молнии на джинсах. Ее щеки окрасились легким румянцем смущения.
Ему показалось, что он заметил в глазах Терри проблеск паники. Негромко произнесенный комплимент произвел на нее сильное впечатление. А чего она явно не любила, так это потери душевного равновесия. Зато ей очень нравилось выбивать из колеи его, Дейва. Однако сейчас произошло обратное, и она растерялась.
