5
0
— Ничего подобного, — хмыкнула она. — Я увидела, как ты приехал, и пошла одеваться.
— Ну и ладно, — улыбнулся я. — Всё-то она знает.
Я подъехал к зданию с огромной надписью: «Кораблёв и Ко», припарковался как можно ближе ко входу, игнорируя табличку, что парковка здесь запрещена. Знаю, нехорошо это, но мне сейчас таскать нелёгкие коробки, а я был уверен, что они увесистые, на большое расстояние не хотелось. Ещё надо поберечь силы для катка.
Как только охранник увидел меня, а это сегодня был тот же самый, выкатил стоявшую в стороне грузовую тележку с картонными коробками. Когда я увидел объём, понял, что придётся поколдовать с салоном и сложить сиденья, чтобы всё это влезло. Вдвоём с охранником мы немного поиграли в тетрис, и я наконец смог закрыть заднюю дверь. Не ожидал, что груз окажется таким объёмным. Может он сделал сразу в два раза больше? Это я уже выясню потом. А теперь каток.
Сегодня я в полной мере познал на себе суть понятия «память тела». Оказалось, что Саша Склифосовский, до того, как в его тело попал я, очень даже неплохо катался на коньках. Не фигурист с мировым именем, конечно, но для простого обывателя очень даже неплохо. Некоторым бесхитростным, но красивым и эффектным элементам научил и Настю.
— Ну вот, а говорил, что не умеешь, — сказала Настя, когда мы уставшие присели отдохнуть. — Что-то так есть захотелось, а уходить с катка не хочется.
— Кажется я знаю отличный выход из ситуации, — хмыкнул я. — Сейчас приду.
— Хочешь сбегать в пирожковую неподалёку? — поинтересовалась Настя.
— Не, гораздо ближе и лучше, — сказал я с загадочным видом. Я только сейчас вспомнил про собранный нашей поварихой пакет с едой и термос с чаем. Сейчас это будет как нельзя кстати.
— Ух ты! — обрадовалась Настя, когда я разворачивал бутерброды с бужениной, достал контейнер с яблочным штруделем и термос. — И ты всё это время возил с собой такую прелесть и молчал?
— Да я про это забыл совсем, пока ты не сказала, что есть хочешь, — сказал я. Потом вспомнил об одной небольшой проблеме. — Только вот чай придётся по очереди пить, второй чашки нет.
— Ой, какая большая проблема! — Настя всплеснула руками, изобразив расстроенное лицо. Потом улыбнулась. — Ничего страшного.
Я привёз Настю домой уже около девяти вечера. Мы были зверски уставшие, но довольные. Она предложила зайти к ней домой на чашку чая, но я почему-то решил воздержаться, объяснив это оставшимися нерешёнными делами. Прозвучало немного глупо и она это поняла, но настаивать не стала. Мне кажется, что для этого шага ещё рано."
"Только когда она ушла, а я ехал по вечернему Питеру, вспомнил один момент. Это у нас, в нашем мире, приглашают домой на чай, собираясь потом вместе позавтракать. Здесь-то совсем не так, другие устои.
