Попаданка в сильфиду

Я не пошел в тот поход, потому что… в общем, у меня были причины. Он ехал со своими людьми. После появления оазиса ОванХор путь через пустыню стал проще, но туда и многие пошли торговать. Слишком выросла конкуренция, поэтому Кирим решил исследовать другие маршруты. Он знал, что нельзя приближаться к землям орков. Хотя нас и разделяет в верховьях река АрдХалиф, она не является для них непреодолимой преградой. Но… – Бранлис тяжело вздохнул. – Кирим сражался как лев в тот день, благодаря этому части людей удалось сбежать. Они и принесли в дом рода весть о том, что он был пленен. Однако, орки не согласились вернуть его, какой бы большой выкуп не предлагал его отец.

– Но ведь для того, чтобы человек вошел в состав племени, он должен дать согласие, – возмутилась я. – Как же…

Бранлис посмотрел на меня глазами больной собаки:

– Они захватили большой караван. Там были не только торговцы и стражники, к каравану прибилось несколько семей, пожелавших переехать из засушливых неплодородных мест, там были женщины и дети. Их Шаман сделал рабами, как и в нашем случае, но и этого ему было мало. Чтобы заполучить силу огненного мага для племени, он сказал, что будет убивать пленных. По одному, пока Кирим не согласится принять татуировку."

"– Он не мог! – ахнула я и тут же зажала себе рот рукой, понимая – мог.

– Кирим знал, что сможет разорвать путы, что наложил на него Шаман. Он не хотел подчиняться, он сильный маг… но Шаман перерезал на его глазах горло одному из стариков, а потом заявил, что следом убьет маленькую девочку… Кирим согласился вступить в племя. Он просто не мог отказать, понимаешь, не мог!.. – прокричал Бранлис, будто я могла быть против. – Все считают, что это предательство себя, это бесчестье, все равно что рабство… но разве он мог отказать и смотреть, как на его глазах перережут горло ребенку?!

– Конечно, не мог! – согласилась я. – Он пожертвовал собой, чтобы спасти ребенка.

Бранлис выдохнул облегченно и кивнул:

– Братья Кирима не одобрили, не поняли. Это же просто крестьяне – еще детей нарожают. Отец его… отец хотел дать денег для выкупа. Но эти орки… дикари, для них важна не выгода, а честь племени и рода. Кто вступил в племя, тот не может вернуться к людям.

Бранлис замолчал, а я попыталась уложить его рассказ в голове. Звучало ужасно, даже страшнее чем все, что мне пришлось пережить.

– И ты решил пойти к оркам тоже? Просто чтобы быть рядом с Киримом? – усомнилась я.

– Нет, конечно, – хмыкнул Бранлис. – Я узнал одну тайну – путы, которыми орки привязывают людей к своему племени подобны тем, что используются для рабских ошейников.

Меня передернуло, я автоматически коснулась золотого колье, что все еще висело на моей шее.