2
0А две недели спустя исчез. Ушел в соседнюю деревню за пивом, и с концами. С тех пор его никто не видел. И мне подозрительно слышать слова о смерти сообщников. Человек врет, а значит, имеет свои виды на дело Хряща.
– Ну-ну, бубни дальше, философ!
– Глухарь хорошо знает воровской мир. Он тоже обеспокоен. Хрящ прошел сквозь его пальцы.
– Когда ты брал его на работу, ты клялся, что Глухарь – самый надежный человек.
– Головорез, бандит, скотина, но работу знает и людишек своих в узде держит. Глухарь навел справки, и старые кореша Хряща дают свой прикид. На воле знают, что он ушел в зону и там его не достать. Но Чук прав. Это же смешно. Хрящ снял куш в три миллиона долларов, и спектакль с пивной палаткой сыгран. Все! В лучшем случае Хрящ зиму перекантуется на нарах и уйдет из зоны.
Он рассчитывает, что его поиски приостановятся, а тем временем он вернется и тихой сапой откопает клад.
– Если на минуточку прикинуть, что ты прав, – задумчиво протянул хозяин, – то Хрящ вскоре объявится в Москве. Деньги здесь, нет сомнений.
Чук щелкнул пальцами.
– Его в Москве надо встретить с распростертыми объятиями. Правда, встреча обойдется в копеечку, но капкан сработает. Выяснить надо, сколько хаз у Хряща в городе, и расставить мышеловки.
– Мы уже знаем, как ваши мышеловки срабатывают, – тихо произнес Шевцов. – Вот что, мальчики. Вы оба виноваты в пропаже денег. Это деньги фирмы. Не будем выяснять, кто конкретно провалил дело, Глухарь или черт, но даю вам один квартал на возврат трех миллионов долларов в кассу. В противном случае пойдете в услужение к собственным халдеям. Последние штаны потеряете. Хватит вам жировать у меня за спиной.
Шевцов взял с рояля два запечатанных конверта без марок и надписей, один желтый, другой голубой, и протянул их Геку.
– А это повседневная работа. Мне нужно знать, сколько стоит человек из желтого пакета. Все подробности. Без промедления. Связи, счета, компромат. Что касается голубого конверта, то это отработанный вариант. Царствие ему небесное! Ну а теперь убирайтесь.
Хозяин крутанулся на стульчике и оказался спиной к присутствующим.
Открылась белая крышка рояля, и зазвучала ласкающая слух музыка Шопена.
Спускаясь на лифте, Чук и Гек молчали. Они заговорили на улице, там, где дул легкий ветерок и шум Москвы не позволял услышать их разговор."
"– Ну что скажешь, Павел? – обратился Гек к грузному Чуку. – Кажется, наш шеф взорвался. Не долго ждать рокового часа, когда нас вилами прижмут к стенке. Ты же не хочешь меня убедить, что полтора миллиона зеленых для тебя семечки. Твое казино меньше моего, и даже крупная афера, если на такую пойти, не принесет желаемого результата. Жаль. Не вовремя каша заварилась. Сейчас самое время для хороших дел. Мне бы простор, и хорошие деньги можно делать.
