Погашено кровью

А теперь о главном. Завтра в час дня ты встретишься с Саранцевым. Нужно продумать маршрут. Связь у нас есть. Утром забери вторую машину со стоянки казино, на ней и поедешь.

– Эй, паломник! Как это ты убедил Саранцева встретиться со мной?

Или его ненависть к Ефимову переросла все границы?

– Все границы перерастает родительская любовь к своим чадам. Его дочь сидит под замком, а ключ у меня в кармане.

Белый долго смотрел на приятеля, потом сел на стул. Настроение было испорчено.

– Зря ты это, паломник. Мы не можем играть по их правилам. Все начинается с шантажа, а кончается выстрелом в спину.

– Ладно! Хватит проповедей. Видали мы таких святых. Их на крестах растягивали, как кроличьи шкурки. То-то я смотрю, святоша, десяток иголок для своей трубки ты ядом напичкал.

– Я в спину не стреляю.

– Хорош! В стратегии я больше тебя понимаю, а ты на философию дави. Эти прохвосты тебя быстро в бараний рог скрутят. Мало тебе одного урока?

Белый промолчал. Чиж достал из кармана схему Москвы и разложил на столе.

– Ладно, хватит лаяться! – пробурчал Чиж. – Давай маршрут обсудим.

* * *Те, кто хорошо знал подполковника Ефимова, говорили, что первые седые волосы у него появились в сорок. Теперь, после смерти сына, его голова стала белой как сметана. Сотрудники старались не сталкиваться с ним. Если раньше он был вспыльчивым, то теперь стал невыносимым. По настоянию начальника райотдела он передал текущие дела другим следователям и занимался общим руководством. Если, конечно, можно назвать руководством бессмысленное сидение за столом и разглядывание невидимой точки где-то в дальнем углу кабинета. Все знали, что Ефимов гордился своим сыном, и понимали, какое горе обрушилось на отца. Однако бездействовать подполковник не собирался. Генерал Боровский дал «добро» на операцию по уничтожению банды Соленого, и Ефимов с азартом взялся за работу.

Спокойным тихим вечером Ефимов в милицейской форме прибыл в Северный порт столицы, где на задворках догнивала старая лоханка – бывший кабак и бандитский притон.

Двое амбалов, дежуривших у трапа, были изумлены такой наглостью.

Ни один мент не совал сюда носа со времен застоя, а тут на тебе, сюрприз.

– Тебе чего надо, начальничек? – спросил один из вышибал, гоняя папиросу в губах.

– Есть дело к Седому.

– Вот старичку радость подвалила! – завопил второй.

– А ты проводи его к старику и посмотри на его рожу. Обхохочешься!

– приказал второй.

Вышибала в спортивном костюме кивнул Ефимову.

– Пойдем, ментура. Будем мальчиков с наганчиками дядей в погонах пугать.

Они поднялись на борт и прошли сквозь все круги Дантова ада."

"Карты, голые шлюхи, водка, ножи в стене, где вместо мишеней висели портреты современных правителей.