3
0К тому же трудно поверить, чтобы прохожий с улицы мог вприглядку определить номера квартир. Так, по окнам.
– Я протоколов не читал. Мне дали, я подписал. Что я должен, следователю не доверять? Парень не говорил, что он прохожий. Я так понял, что он сосед. А потом, куда бы мы ломились, если бы не знали номера квартиры?
– Кто составлял протокол?
– Этот же, капитан Ефимов. Он вел дознание.
– Как вел себя убийца при задержании?
– На полу сидел перед трупом и полотенце к голове прикладывал.
Тронулся малость. Какое там полотенце! На полу крови было больше, чем в трупе осталось.
– Похож он был на убийцу?
– А я что, каждый день с ними якшаюсь?
– Спасибо за помощь, сержант.
Симагин пожал плечами и взялся за дверную ручку, но из угла послышался тихий голос лейтенанта:"
"– Извините, сержант. У меня к вам есть один вопрос. Если вспомнить то, что протокол вы не читали, то в нем могут быть неточности. Одну мы уже обнаружили. Хочу уточнить еще одну деталь. Где вы нашли орудие убийства? Револьвер?
– У него в пальто, в боковом внутреннем кармане. Стволом вверх, как бутылку водки свой шпаллер таскал.
– Спасибо.
Когда дверь за шофером закрылась, Горелов сказал:
– По протоколу, оружие валялось на полу.
– Вот видишь, Палыч, вся твоя защита Белого рушится окончательно.
Если предположить, что его хотели подставить, то убийца должен был как-то подбросить наган Белому А как? Человек убил Симакова, вышел из дома и скрылся в неизвестном направлении. Или же побежал за милицией. Сейчас это уже не важно.
Важно то, что спустя некоторое время в дом приходит Белый с оружием в кармане, на котором его отпечатки пальцев, и оно использовалось при убийстве.
– Странно другое – Ефимов, человек, который нагородил в деле столько чепухи и лжи, а дело прошло все инстанции и закончилось судом и приговором. Боюсь, протокол не может стать для нас Библией, Алексей Денисыч.
– Увидим. Ну а судья смотрит на последнюю страницу, где лежит чистосердечное признание.
– Как диктант в школе.
– Бывает и такое. И как тебе, Палыч, хочется вытащить Белого из лужи. Только что тебе подтвердили его виновность.
– Хорошо, пока я не прав. Когда до полковника дослужусь, то вообще все сомнения растеряю, а сейчас мне еще можно сомневаться.
– Правдоискатель? Лопату в руки и до самой глубины!
– Я не первый, я последователь. Генерал в прокуратуре, кажется, сказал: «Помню я вас, первых правдорубов!» Неужто правду только в Сибири ищут?
– Ладно, правдоруб и последователь, обедать пора.
– Ясно. Значит, три часа размышлений над тарелкой супа, и все в себе.
