Подлец

Смотрю, ты так с Матвеем сблизилась, может быть, его плод постельных трудов?

- Я тебе никогда не изменяла, не неси чушь, - отвечаю возмущенно. – По себе судишь, да?

- Если ты о Вере Сергеевне, то было пару раз, но это для дела, жизнь сложная штука, нужно уметь вертеться.

С трудом сглатываю, чтобы не выдать все, о чем знаю – Нине, детях, прошлых любовницах и записях, где резвились с Верой в моем кабинете. Злить Мирона не имеет смысла, раскаиваться он не станет, считает себя кем-то навроде Бога и что ему все позволено – топтать судьбы, бросать детей, обворовывать людей. Сколько живу, никогда не встречала такое чудовище лицом к лицу. И самое ужасное, он так умеет маскироваться, что заподозрить монстра в том, что он кусок обыкновенного дерьма, практически невозможно.

- Сама виновата, - продолжает Мир. – Нужно мужчину любить так, чтобы он не смотрел на сторону, значит не додала, недоласкала. Причина всех измен - аморфность баб, не более.

- Думай, как хочешь, я по-настоящему старалась, доверилась, впустила в жизнь, работу, согласилась выйти замуж и родить ребенка. Меня не в чем обвинить, Мирон.

- Я вас всех ненавижу, всех! – кричит надрывно. – Всю свою жизнь я только и вижу, как женщины гуляют, изменяют мужчинам, пользуются ими, как игрушками в своих целях, и выбрасывают. Моя мать изменяла отцу на протяжении многих лет, развалив по итогу нашу семью, первая женщина – тоже предала, вы все такие, каждая! Думаешь, что только бабам позволено подобное? Нет! Я тоже юзал телок для себя, получал удовольствие, вертел как хотел, для достижения результатов, каждое использованное тело лишь ступенька к лучшей жизни. Вы и научили такому!

- Женщины разные, и если твоя мать привила тебе неправильные установки, не значит, что они верны, - отвечаю на его обвинительный монолог.

- Заткнись! – подлетает ко мне, - или я за себя не ручаюсь. Меня твои манипуляции с беременностью не остановят, дети ведь тоже бабский инструмент, да?

- Мне ничего от тебя не нужно, просто отпусти, - чуть слышно отвечаю.

- А мне нужно. Деньги, много денег! И катись к чертям, - наконец-то отходит.

В дверь раздается звонок и сердце начинает бухать, как ненормальное.

- Это кто? – шипит недовольно Мирон.

- Откуда мне знать?"

"- Не станем открывать, - отвечает и садится в кресло. – Подождем денег и закончим шоу. Так и быть, я исчезну из твоей жизни, возможно, ты права, и действительно не сделала ничего плохого, только вот это уже не имеет значения, все разрушено, - впервые я слышу в его голосе хотя бы нотку сожаления, что поступил со мной как предатель.

Звонок в дверь не прекращается, как и моя тревога только нарастает.

Мирон не реагирует, а я, теряю надежду, что Матвей избавит от того ужаса, который сейчас происходит.