4
0Сердце заныло, а виски сдавило тугим обручем.
– Мне надоело, что мы скрываем наши отношения, – вздохнул Игорь. – Только ради курсовой. – Но мне надоело ей улыбаться. Раздражает.
Каждое их слово ранило меня, и я, боясь, что сейчас расплачусь, просто-напросто убежала из коттеджа, несмотря на то, что до Нового года оставался час, а на улице было холодно.
Я шла по пустой улице, обхватив себя руками и не понимая, почему они так со мной поступили. Я действительно помогала Насте в учебе – с первого курса. Мне было несложно, а она всегда жаловалась, что ничего не понимает, и вообще, в архитектурный ее запихали родители. Мне казалось, что друзья должны помогать друг другу. И Игорю я помогала с курсовой – ради его улыбки я была готова на все. Такая глупая! Наивная идиотка. Они просто использовали меня, насмехались надо мной за спиной, а я им верила.
Было холодно. Под ногами скрипел снег. Ветер бил по мокрому от слез лицу и трепал высунувшиеся из-под шапки длинные русые волосы. А я шла по улице, сжимая в карманах пуховика кулаки – сначала от злости, потом – пытаясь согреть замерзшие пальцы. Варежки остались в том доме. Там же, кажется, осталась частичка моей души.
Как выбраться из этого района, отдаленного и застроенного коттеджами, я не знала. На такси у меня банально не хватало денег – в новогоднюю ночь цены взлетели в несколько раз. Остановок с общественным транспортом нигде не наблюдалось, и когда я попыталась найти ближайшую остановку по карте, телефон просто-напросто разрядился.
Глава 3"
"Я осталась одна в незнакомом месте, не понимая, куда идти и что делать. Мороз крепчал, щипал за щеки, пробирался под одежду, жалил ноги. А я все шла и шла, надеясь встретить хоть кого-нибудь – но нет, улицы все так же были пусты, лишь пару раз мимо меня проехали машины, да где-то вдалеке запустили салют и радостно закричали. Люди сидели за столами в ожидании боя курантов с шампанским наготове. И никому не было дела до какой-то там глупой девчонки, бредущей по холоду. Невзрачной, скучной и серой.
«Не смей расклеиваться», – велела я себе, понимая, что слезы не останавливаются, и хлопнула себя по щеке – боль отрезвляла. А я ускорила шаг, чтобы немного согреться.
Пошел снег – пушистый и крупный, похожий на пух, валящий с неба. Или на перья ангелов. Кружевной белой шалью он облеплял плечи, путался в волосах, попадал на ресницы. И я не смахивала его – просто шагала дальше.
Судя по наручным часам, до Нового года оставалось четверть часа, а я все шла и шла, растерянно оглядываясь по сторонам. Я могла вернуться, но не хотела, и дело было не в том, что я далеко ушла, а в предательстве Насти, человека, которому я рассказывала все, потому что доверяла.
А потом я встретила его.
Он возник словно из ниоткуда – будто из тени.
