Пятьдесят оттенков свободы

 — Встает. Джинсы все еще на нем. Помогает подняться мне."

"— А другие не хочешь надеть?

Он хмурится.

— Другие?

— Те, что обычно надеваешь здесь.

— Те? — Он удивленно моргает.

— Ты в них круто смотришься.

— Правда?

— Да. Я серьезно.

Кристиан смущенно улыбается.

— Ради вас, миссис Грей, может быть, и надену. — Он снова меня целует и, потянувшись, берет со столика небольшую вазу с анальной пробкой, смазкой, повязкой и моими трусиками.

— И кто же моет эти игрушки? — спрашиваю я. Кристиан смотрит на меня так, словно не понимает вопроса.

— Я. Миссис Джонс.

— Что?

Он кивает, по-моему, немного смущенный. Выключает музыку.

— Ну…

— Твои сабы, да? — заканчиваю я за него.

Он неуверенно пожимает плечами.

— Держи. — Протягивает мне свою рубашку.

Я надеваю, запахиваюсь. Ткань хранит его запах, в котором растворяется моя досада из-за пробки. Вещи остаются на комоде. Он берет меня за руку, отпирает дверь. Мы выходим из комнаты, спускаемся по лестнице.

Беспокойство, плохое настроение, возбуждение, страх, волнение — все ушло. Я спокойна и расслаблена. Мы входим в ванную. Я зеваю и потягиваюсь.

— Что такое? — спрашивает Кристиан, поворачивая кран.

Я качаю головой.

— Расскажи, — просит он, наливая в воду жасминовое масло. Ванную наполняет сладковатый чувственный аромат.

— Просто чувствую себя лучше.

Он улыбается.

— Да, сегодня, миссис Грей, у вас было довольно странное настроение. — Привлекает меня в объятья. — Знаю, ты беспокоилась из-за всех этих недавних событий. Мне жаль, что ты оказалась в них замешана. Я не знаю, в чем там дело — вендетта, обиды уволенного служащего, происки конкурентов.

— А если что-то случится с тобой? — В этом вопросе — весь мой страх.

— Разберемся. А теперь вылезай из этой рубашки — и в ванну.

— Ты поговоришь с Сойером?

— Это подождет. — Я вижу, как суровеет его лицо, и проникаюсь сочувствием к Сойеру. Чем он так расстроил Кристиана?

Он помогает мне снять рубашку, но хмурится, когда я поворачиваюсь к нему. На груди еще видны следы засосов и укусов, но напоминать ему о той ночи на яхте не хочется.

— Интересно, догнал ли Райан «Додж»?

— Вот примем ванну, а потом узнаем. Залезай. — Он подает мне руку. Я забираюсь в ванну и осторожно сажусь в горячую воду.

— У… — Моргаю от боли. Не стоило, наверно, так спешить.

— Полегче, детка, — предупреждает Кристиан, но неприятное ощущение уже проходит.

Кристиан раздевается и тоже залезает в ванну и садится за моей спиной. Я пристраиваюсь у него между ног, откидываюсь ему на грудь, и мы лежим в горячей воде, пресыщенные и довольные.