Пятьдесят оттенков свободы

Невольно бросаю взгляд вправо — Кристиан смотрит на меня, как на сумасшедшую.

— Следи за дорогой! — рявкает он.

Я не обращаю внимания на тон.

— Люк Сойер.

— Да!

Какие мы раздражительные. Но и я хороша: человек работал со мной последние шесть недель, а я даже имени его не знаю.

— Это я, мэм. — Я вздрагиваю, хотя голос из трубки спокойный и, как всегда у Сойера, монотонный. — Несуб идет по Стюарт-стрит, сэр. Набирает скорость.

— Давай, Ана, не спи. Поменьше болтай, — ворчит Кристиан.

— Стоим на первом перекрестке, — докладывает Сойер.

— Быстрее, сюда, — кричит Кристиан, указывая на парковочную стоянку на южной стороне Борен-авеню.

Я резко выворачиваю руль, и покрышки протестующее взвизгивают.

Площадка забита до отказа.

— Вокруг, быстро, — командует Кристиан. Маневр ясен: скрыться, чтобы нас не заметили с улицы. — Туда! — Он показывает свободное место. Хочет, чтобы я припарковалась? Что за дурь!

— Делай, что говорят. — Я и делаю. Получается идеально. Впервые в жизни удалась образцовая парковка.

— Мы спрятались. Парковка между Стюарт и Борен, — говорит Кристиан, наклонившись к «блэкберри».

— О'кей, сэр. — Сойер, похоже, не в лучшем расположении духа. — Оставайтесь на месте, а мы последим за «Доджем».

Кристиан поворачивается ко мне, всматривается…

— Ты в порядке?

— Конечно, — шепчу я едва слышно.

Он усмехается.

— Знаешь, те, в «Додже», нас не слышат.

И я смеюсь.

— Проезжаем Стюарт и Борен, сэр. Вижу парковку. «Додж» проскочил мимо.

Мы оба облегченно вздыхаем.

— А вы молодец, миссис Грей. Хорошо водите. — Кристиан проводит по моей щеке костяшками пальцев. Я вздрагиваю от прикосновения и перевожу дух.

— Надо ли понимать так, что ты больше не будешь жаловаться на мое плохое вождение? — спрашиваю я.

Он смеется, громко и от души.

— Так далеко я заходить, пожалуй, не стану.

— Спасибо, что разрешил прокатиться. Да еще при таких волнующих обстоятельствах. — Я старательно и безуспешно пытаюсь взять легкий тон.

— Может быть, сейчас за руль лучше сесть мне.

— По правде говоря, я, наверно, даже выбраться отсюда не смогу. Ноги как ватные. — Меня вдруг начинает трясти.

— Это адреналин, детка. Ты, как всегда, была великолепна.

— Не надо, детка, не надо. Пожалуйста, не плачь."

"Пространство ограничено, но он все же дотягивается до меня, обнимает, привлекает к себе, убирает с лица волосы, целует глаза, щеки… Я обхватываю его руками, прижимаюсь к его плечу и тихонько всхлипываю.