Пятьдесят оттенков свободы

Кровать широченная, больше, чем дома, и стоит перед огромным панорамным окном, выходящим на Аспен и зеленые горы.

— Это гора Аякс… или гора Аспен, если хочешь, — говорит Кристиан, настороженно глядя на меня. Он стоит в дверях, засунув большие пальцы в петли пояса своих черных джинсов.

Я киваю.

— Ты что-то притихла, — бормочет он.

— Тут так красиво, Кристиан. — И внезапно мне ужасно хочется назад, в «Эскалу»."

"В пять широких шагов он становится передо мной, берет за подбородок и освобождает мою нижнюю губу из плена.

— Что случилось? — спрашивает он, заглядывая мне в глаза.

— Ты очень богат.

— Да.

— Иногда твое богатство застает меня врасплох.

— Наше богатство.

— Наше, — машинально повторяю я.

— Не переживай из-за этого, Ана, пожалуйста. Это всего лишь дом.

— А что конкретно делала здесь Джиа?

— Джиа? — Он удивленно поднимает брови.

— Да. Она ведь что-то здесь перестраивала?

— Ну да. Она спроектировала семейную гостиную. Элиот ее построил. — Он проводит рукой по волосам и хмурится. — А почему мы говорим о Джиа?

— Ты знал, что у нее был роман с Элиотом?

Кристиан с минуту смотрит на меня.

— Элиот переспал с половиной Сиэтла, Ана.

Я изумленно таращу глаза.

— Главным образом с женщинами, как я понимаю, — шутит Кристиан. Думаю, его забавляет выражение моего лица.

— Нет!

Кристиан кивает.

— Это не мое дело. — Он вскидывает руки ладонями вверх.

— Не думаю, что Кейт знает.

— Не уверен, что он кричит об этом на каждом углу. Полагаю, Кейт тоже не все о себе рассказывает.

Я потрясена. Милый, скромный, белокурый, голубоглазый Элиот? Не могу в это поверить.

Кристиан наклоняет голову набок, внимательно меня разглядывая.

— Не может быть, что это все из-за Джиа и неразборчивости Элиота.

— Знаю. Прости. Просто после всего, что случилось на этой неделе… — Я пожимаю плечами, и глаза у меня ни с того ни с сего на мокром месте. Кристиан крепко меня обнимает, зарывается носом в волосы.

— Знаю. Ты тоже прости. Давай расслабимся и будем получать удовольствие, хорошо? Ты можешь оставаться здесь и читать или смотреть телевизор, можешь походить по магазинам, погулять по окрестностям и даже порыбачить. Все, что пожелаешь. И забудь, что я сказал про Элиота. Брякнул, не подумав.

— Это несколько объясняет, почему он вечно над тобой подтрунивает, — бормочу я, утыкаясь носом в его грудь.

— На самом деле он понятия не имеет о моем прошлом. Я же говорил, в семье меня считали геем. Девственником, но геем.

Я хихикаю. Напряжение понемногу уходит. Обнимая мужа, удивляюсь, как кто-то может считать его геем. Какая нелепость.

— Миссис Грей, вы надо мной подсмеиваетесь?

— Ну, может, чуть-чуть, — признаюсь я. — Знаешь, вот чего я не понимаю, так это зачем ты купил этот дом.

— Что ты имеешь в виду? — Он целует меня в волосы.