Отравленные джунгли

Ну, кто первый?

Взгляд Росянки был прикован к Иве, над шеей которой нависли смертоносные гадючьи клыки. Одно неверное движение, и они вонзятся в чешую, – подруги не станет. Будь даже невероятная возможность мгновенно убить Боярышника, змею не остановить: то, что управляет драконом, не упустит и её из своей власти. Ничего не выйдет, даже если одновременно прикончить Осу…

Ива вдруг подмигнула, затем ещё раз и ещё. Медленно повела глазами влево и вниз, на топкий берег между собой и Боярышником, а потом снова выразительно глянула на Росянку.

"

"– Сначала ответь на мои вопросы! – быстро заговорила Сверчок. – Почему у тебя глаза не белые, как у всех, кем управляет Оса? А ещё она говорит их голосом, а у тебя он какой-то странный!

Росянка обернулась к ядожалихе, будто слушала её, а сама в это время отчаянно напрягла дар, чтобы зарыться разумом поглубже в землю и ускользнуть от буйного сплетения корней «Дыхания зла», перебраться через ручей, перепрыгивая, словно на цыпочках, с одной хищной альдрованды на другую.

В то же время она не переставала гадать, что же такое полезное увидела Ива на своём берегу.

Непентесы вдоль ручья были маловаты, чтобы проглотить дракона, тем более настолько крупного, и довольствовались насекомыми и лягушками, да изредка мелкими обезьянами. Хотя, как и все, эти растения отличались невероятным тщеславием, то и дело похваляясь друг перед другом даже жалкой добычей в своих мешках. К тому же, если и сделать их огромными, сами они Боярышника или гадюку не схватят, потому что способны лишь сидеть и ждать с открытой пастью, когда жертва упадёт сама.

Порыскав вокруг мысленно, Росянка обнаружила только грибницу, водяные лилии и маранту, но все не годились…

Стоп, а это что?

В гуще непентесов из земли пробивался еле заметный хилый росток. Такой не доживёт до новых лун: жадные самодовольные соседи лишат его солнца и перехватят всю добычу… если не помочь! А в обмен можно потребовать что угодно.

Боярышник увлёкся, объясняя Сверчок тонкие различия одержимых «Дыханием зла» и одержимых одержимыми. Она же продолжала сыпать хитрыми вопросами научного свойства, явно выигрывая время, хотя могла и не знать, зачем оно так нужно Росянке.

«Привет, красотка», – мысленно шепнула она ростку, очень-очень тихо, чтобы не расслышало то, что овладело Боярышником.

Внезапно её осенило: так вот что всё время беспокоило деревья, вот о чём они беспокойно бормотали, предупреждая друг друга об опасности! А Боярышник включался в беседу, используя собственный дар, и сбивал их с толку – как и тех, кто подслушивал.

Крошечный росток чуть слышно пискнул в ответ.