8
0Очутившись в густом сплетении побегов, Сверчок вовремя догадалась взлететь и теперь парила в воздухе, в ужасе тараща глаза и зажав лапами пасть.
Мандрагор подбежал, спотыкаясь. Его корешок принялся не так удачно, но и нескольких побегов хватило, чтобы безошибочно опознать зловещие багрово-зелёные листья.
– Это же… это «Дыхание зла»! – выдавил он в слезах. – Росянка, как же так?
– Нас обманули, – прошипела она. – Не понимаю… зачем? Выходит, никакого противоядия нет, всё ложь!
– А м-может… – заикаясь, предположила Сверчок, – может, нужна другая часть того же корня… Нет, ерунда, так не бывает! А вдруг Боярышник просто перепутал сундуки?
Росянка медленно покачала головой, не отрывая от лианы застывшего взгляда.
– Нет, он знал, что делает… я только не понимаю, зачем это ему? – Листокрылая вновь мысленно потянулась к лозе, пытаясь различить целительные нотки. Вдруг Боярышник научился усиливать их, обращая яд в противоядие? Но нет, зло ощущалось столь же незамутнённым, как в лианах Гадючьего логова, и даже сильнее, чем на грядках Осы. Более того, оно сопротивлялось, запуская в мозг острые ледяные щупальца.
– Но как же Землемер? – с недоумением возразила Сверчок. – Он же вылечился, мы изгнали Осу!
– Похоже, что нет.
Ледяной ужас проник под чешую, обжигая сердце. Землемер остался с Ивой и Орешник, и если Оса по-прежнему у него в голове…
– Раз противоядия нет, они первым делом постараются захватить Синя! – в панике воскликнула Сверчок. – Он же будет там, у костра, на виду у всех!
– Мы его не отдадим… – Росянка взмыла в воздух.
– Пускай попробует, – раздался насмешливый голос с другого берега ручья, – однако это мало что даст. Покорение джунглей уже идёт полным ходом.
На той стороне показался Боярышник, отгоняя хвостом хищные пасти непентесов. Ива рядом с ним устремила на Росянку свои карие оленьи глаза, в которых мелькал страх: вокруг шеи подруги обвилась кольцами драконья гадюка, наставив смертельные клыки.
Взмахнув крыльями, Росянка с шипением рванулась вперёд, но Боярышник предостерегающе покачал когтем.
– Тихо, тихо, – снисходительно бросил он.
Его стоило прикончить уже за один тон, не говоря об угрозе убить Иву.
– Только тронь её… – прорычала листокрылая, задыхаясь от бешенства. – Если посмеешь…
– Знаю, знаю. Тогда ты учинишь со мной что-нибудь жуткое… но будет поздно, потому что твоя подруга уже умрёт. Так что давай-ка веди себя посмирнее, поговорим спокойно, и она останется в живых… более-менее. Ты тоже, комарик в очках… и ты, бесполезный листокрыл, – я тебя прекрасно вижу, нечего прятаться.
