Отброс (СИ)

Откуда я могла знать, что она такое сделает? Ты что, считаешь себя экспертом в дружеских отношениях? — скептически спросила я, подняв на него глаза. Лери действительно это сделала — просто взяла и за секунду выбросила в мусорку месяцы нашего общения таким отвратительным образом. Теперь, когда шок ушел, я могла вспомнить ее лицо, после того, как она облила меня…Сожаления на нем не было вообще. Тем не менее, ядовитые подколки Эша мне сейчас были не нужны. — Напомнить, кто из нас двоих страдал и обижался в тюрьме четыре года, а потом планировал похитить и изнасиловать своего друга, с которым общался долгое время, всего лишь поверив в чью-то чушь, которую ему кто-то наплел?

Смотрите на него, умник нашелся.

Взгляд альфы замер на мне. Затем он приподнял бровь.

— Это не чушь. Твое имя есть в протоколе судебного заседания.

Я моргнула, зависнув.

— Что? — вырвалось у меня.

— Я похож на того, кто верит слухам?

— Нет, постой. — растерянно попыталась сложить все в голове я. В это время бариста вернулся к нам и протянул Эшу пакет со льдом, который он приложил к моей руке. Холод немного снял неприятную, дергающую боль, но я была уже отвлечена неожиданной для меня информацией.

— Я его своими глазами видел. — ответил мне Эш, а затем, все еще удерживая меня за руку, потянул к выходу. — Пойдем в мою машину.

Я в шоке последовала вместе с ним, хотя зарекалась когда-либо еще остаться с этим альфой наедине. Но сейчас меня больше тревожили другие вещи.

Его машина была припаркована рядом с кафе. Я явно ее не видела, когда мы с Лери болтали на улице и она клеила мне патчи под глаза.

Эш усадил меня внутрь, и, обойдя машину сел сам на сиденье водителя.

— У тебя есть во что переодеться? — спросил он, посмотрев на мою заляпанную одежду.

— Нет, так доберусь домой. Это всего лишь пятна от кофе. — ответила я. — Так что насчет твоих слов про протокол и мое имя? Ты не мог его видеть собственными глазами. Тебя кто-то просто обманул.

Если бы мое имя было действительно официально связано с таким громким делом, я бы сейчас была в лютом ужасе. Хоть суд и проходил в закрытом формате и строгой секретности, документы-то сохранились. Попади они в чьи-нибудь руки…Оу.

Но я ведь и на суде-то не была. Бред же.

У Эша, который слушал, повернувшись ко мне, мелькнула достаточно доброжелательная и мягкая улыбка. Достаточно странная для того разговора, который мы вели.

— И почему ты считаешь, что меня кто-то обманул?"

"— Ты бы не был таким дружелюбным ко мне сейчас, будь действительно в этот документ вписано мое имя и будь ты уверен в том, что его точно видел. Ты бы меня уже по стене размазывал бы тонким слоем. Как масло на бутерброд.

— М. — неопределенно произнес он.