2
0Как хищный зверь. Твои глаза почти светились, и ты издавала страшные звуки. Будто ты полноценный проснувшийся оборотень.
Я только растерянно потрясла головой, не понимая, как это возможно. Неужели..."
"Нет. Нельзя надеяться, нельзя думать об этом — иначе мысли о собственной неполноценности вновь начнут мешать мне жить. Пантеры не просыпаются после двадцати пяти. А если и просыпаются, что случается очень редко, то всегда искалеченными.
— Не важно, — я встряхнула головой. — У меня мало времени. Отправляйся в хороший гостиный дом и жди от меня письма. Отгула у меня может не быть ещё долго.
— Дорого, Мио! — возразил он тут же.
— Лучше тебе быть на виду и в центре города. С таким дядей домой возвращаться точно не вариант. И вообще… я верю, что у нас впервые есть шанс претворить мечты в жизнь. Хотя бы начать...
В глазах друга медленно, очень медленно, просыпалась надежда. Его рука, лежащая на моём плече, немного сжалась, словно он не до конца верил моим словам.
Сегодня он потерял всё — отца, работу, дом, стабильность, а я не выходила на связь уже так долго, что он почти перестал надеяться. А потом и банк отказал ему в выдаче денег.
И вдруг, в самый последний момент, всё получилось — пусть и с огромным скандалом.
Если я смогу удержаться на работе, у нас действительно был шанс открыть собственную лавку, пусть и в далёком будущем. Мы делали первые настоящие шаги в этом направлении.
***
— Недостаточно громко, — бросил кронпринц мне в который раз, и я устало кивнула.
Рон Моргрейв стоял совсем рядом с нечитаемым выражением на лице, и я поразилась его выдержке. С другой стороны, это не он встал сегодня с восходом, провёл день в пути из Порта Равинье, едва не подрался с дядей Финна за деньги, а теперь проводил ритуал шестнадцатого уровня. Слава светлым богам, я хотя бы знала этот ритуал.
И всё бы ничего, но принца, казалось, совершенно не устраивали результаты моей работы, хотя именно он сказал другому ритуалисту просто контролировать меня. А может, его не устраивала я сама.
Каждый раз, когда Каэлис Арно оказывался рядом, он принюхивался ко мне и, судя по всему, по какой-то причине сгорал от ярости, хотя эти эмоции и не отражались на его лице. Но запах принца… Он становился не просто пряным, а почти острым, очень сильным, тяжёлым, давящим. Этот запах царапал меня изнутри, вызывал внутреннее неприятие, я не понимала, чем заслужила его.
— А что, если сюда придёт убийца? Это всё, на что вы способны, леди Валаре? — пренебрежительно спрашивал он, вновь принюхавшись ко мне, по-моему, к моим плечам.
— Я добавлю магии в лепестки, это должно увеличить громкость, — ответила я спокойно, хотя едва не шаталась от усталости.
В голове гудело, но больше всего болели ноги.
