Она - новенькая

Спи, иди!

— А ты чего хотел-то? — растерянно разглаживает на себе задравшуюся маечку. Сдергивает с кровати теплый длинный халат и быстро облачается. Вижу это все в отражении на плазме.

— А я ж тебе флешку с музыкой записал.

— А! Спасибо, — открывает, вставая в дверях.

— Вставить в плазму?

— Нет, я сама могу.

— А ты чего такая? — подозрительно.

— Какая? — настороженно.

— Взорванная.

— А я… отжималась.

Закатываю глаза, молча покатываясь от смеха. «Отжиматься» Вообще-то положено мне, Мышка. Если по канону. Но девочки сверху тоже охрененно!

— Ян, хватит. Тебе же нельзя, забыла? Никакой нагрузки.

Вообще-вообще никакой?! Совсем-совсем?! Старадальчески вбиваюсь затылком в стену.

Пока она отмазывается, тихо пробираюсь на ее кровать, пытаясь не попасть в поле зрения этого Миши. Не такая огромная как у меня, скорее полуторка. Встаю на колени, лицом к ней.

Наконец-то закрывает дверь.

— Макс?.. — шепотом.

Молчу. Выставляет свои ладони, с чуть подрагивающими пальчиками, словно мониторя ими комнату.

— Ты где?

И, словно чувствуя меня, разворачивается к кровати лицом.

Ааа! Офигеть!

Замирает.

Я подношу свою ладонь к ее. Но не касаюсь. Кожа пульсирует и покалывает, немеет! Наши ладони как магниты. Нужно прикладывать усилие, чтобы не слиплись.

Яна улыбается.

На меня накатывает блаженством и эйфорией. Тело сходит с ума, желая развивать это ощущение, требуя большей близости!

Пропускаю свои пальцы между ее. Сжимаю наши руки в замок.

— Янка… — шепчу я, голос срывается на хрипотцу.

Наши губы наконец-то встречаются!

Я так задыхаюсь от переизбытка эмоций, что не могу ее толком целовать. Как теленок тыкаюсь в нее носом и улыбаюсь.

Изнутри рвется что-то… Сладкое, горячее, невыносимое, удушающее, как ветер бьющий в лицо на большой скорости, и капельку болючее!

— Я люблю тебя… — беззвучно двигаются мои губы, касаясь ее губ.

И сам охреневаю от этого!

— Что?

Качаю отрицательно головой, прижимаясь к ее лбу своим.

— Ничего…

Ты чего, Максимка? Совсем поплыл без весел? За такие слова отвечать надо. А то как-то стремно — ляпнуть такое на эмоциях, а потом съехать.

Падаю назад на спину. Прислушиваюсь к себе. Внутри буря!

«Потом скажешь, если не отпустит», — договариваюсь с собой.

Яна садится рядом. Я добираюсь до ее кисти. Сжимаю. Присаживаюсь за спиной и молча разбираю пальцами ее пряди. Плету косу, периодически целуя то в шею, то в плечо.

Нам комфортно молчать.

Не надо шутить, «остроумить», скабрезничать и заигрывать. И так кайфово.

— Ладно, Шагалов. Теперь — исповедь! Рассказывай.

— Да просто все. Я с… кстати, Миша этот тебе кто?

— Двоюродный брат.

— М. Нормально, — соглашаюсь я с такой расстановкой. — Короче, я с ним приехал. В его тачке. Он не видел, что я подсел. Также и уеду.