— Так, девицы-красавицы, теперь вы бодры, веселы и вам требуется разогнать кровь. Поэтому марш переодеваться и в бассейн. Пока не сделаете пять кругов, воду не покидать. И Оливии подберите купальник.
— У меня есть с собой, -тут же отозвалась она. — Мы же собирались сегодня поплавать, вот я его и прихватила.
— Ну и прекрасно. Тогда встретимся у воды.
Дальше все прошло…ну, обычно, что ли. Мы поплавали, потом был ужин, опять же в моей комнате, потому как захотелось по-простому.
Несмотря на настойчивые предложения отметить этот день, я был непреклонен. Алкоголь в компании девушек — это прямая дорога в постель, которая стоит в шаговой доступности.
А мне там еще Оливии не хватало. Нет, может и не хватало, но их реально становится слишком дохрена. Соответственно и времени на них будет уходить больше, чего бы мне сейчас категорически не хотелось. И так весь план по тренировкам полетел псу под хвост. Надо было наверстывать и превозмогать, а эти не дают, да и отвлекает что-то постоянно. Слишком высокий темп взяла моя жизнь и надо чуть притормозить. Уровень магистра в моем возрасте — это, конечно, очень круто, но мне-то нужен архимаг.
Причем уровня примерно Громовой."
"В общем, хорошо посидели и даже душевно. Оливия отправилась в академию, хотя ей предлагали остаться. Но она твердо решила, что злоупотреблять гостеприимством своего начальника — плохая идея, заработав этим в моих глазах пару баллов. Кстати, она рассказала историю своей семьи. Оказывается, она из древнего шотландского, а не английского, как я думал, рода. Его основатель — МакФерсон Джеймс — один из самых бесстрашных шотландцев, прославившийся своей казнью.
Бастард лорда МакФерсона и цыганки. Отец его не признал, но дал образование и военную выучку. Парень вымахал огромным и обладал страшной силой! В своих доспехах он был непобедимым бойцом. Знатно фехтовал и играл на скрипке. Под прикрытием одного из шотландских лордов сколотил себе банду из тридцати человек — занимался грабежами на рынках и торговых путях Шотландии. В ноябре 1700 года он был пойман только при помощи одеяла и предательства женщины (так как в бою его было невозможно победить), осуждён и повешен.
В ночь перед своей казнью МакФерсон придумал мелодию и слова о своей казни.
Когда его вывели на эшафот, он сыграл свою мелодию на скрипке и спел придуманную песню. После короткого выступления он обратился к толпе: не найдётся ли среди них друг, который исполнит эту мелодию на его могиле — за это он подарит ему свою скрипку. Желающих не нашлось. В досаде МакФерсон разбил скрипку о голову палачу и повесился сам. Примечательно, что покровитель МакФерсона подал апелляцию в вышестоящую инстанцию и отменил смертный приговор.
0
0
