Одиночка

— Промазали, — успокоил ее Матвей. — Они-то с коней стреляли, а я стоял спокойно. Вот и вышло как вышло.

— Добре вышло, — успокоившись, довольно усмехнулась женщина. — Так вышло, как и должно. Пусть знают, что станица еще жива.

— Что с телами делать станем? — вздохнул Матвей, уже представляя, сколько трудностей предстоит с захоронением.

— Утром посмотришь их, а дальше, как бог даст. Может, родичи приедут выкупить, — отмахнулась бабка. — Спать ложись. Бледный, краше в гроб кладут. Утром решать станем, как дальше быть.

— Чего тут теперь решать. Трое нас всего осталось, — скривился парень.

— Вон, в сундуке дедовом посмотри. Он там свой огненный припас хранил. Да и Никандр тебя наследником назвал. Завтра сам к нему в хату сходишь да заберешь, что осталось. Да и по остальным домам пройтись надо.

Произнеся последние слова, женщина тяжело вздохнула, словно делая над собой какое-то усилие.

— Что не так, бабушка? — насторожился Матвей.

— Не положено так. Не по-божески, — нехотя пояснила Степанида. — В станице отродясь дверей не запирали. Чужой без спросу никогда в дом не войдет, пока хозяин не позволит. Да где теперь искать тех хозяев. Померли все. А кто не помер, уехали.

— Неужто не вернется никто? — осторожно уточнил парень.

— Немногие уехать успели. Ежели и вернется кто, то не скоро. Мора люди боятся.

— Ну, раз так, то и греха в том нет, — помолчав, сделал Матвей вывод. — Умершим то добро ни к чему, а живым выжить поможет.

— Вот и я так думаю, — решительно кивнула бабка. — Завтра и возьмемся. Ты по зелью огненному да свинцу, а я в подполах посмотрю. Зима впереди, а с тебя работник пока никакой. Как бы с голоду зимой ноги не протянуть.

— А бабка Параша как же? — на всякий случай поинтересовался парень.

— А что Параша? — не поняла Степанида. — Что-то ей отдадим, а что-то себе возьмем. Да ей много и не надо. Старая она уже совсем. Еле ноги таскает. Меня на десяток лет старше.

— Да уж, защитничек, — скривившись, фыркнул Матвей. — Как отдачей не снесло, до сих пор сам не понял.

* * *Гости появились к вечеру. Конское ржание заставило Матвея вздрогнуть и схватиться за оружие. На околице стоял десяток всадников, за которыми виднелась старая арба, запряженная ослом.

— Явились, — мрачно выдохнула Степанида, приложив ко лбу ладонь козырьком и рассматривая незваных гостей.

— Быстро они, — удивленно буркнул парень.