3
0Вот, значит, как — успокоили и усыпили. Ладно, пока окончательно не провалилась в дневной сон, попробую проверить нашу связь. Вспоминаю в мельчайших подробностях день, когда на нас с графом Стеркитом напал ликан, буквально возрождая… страх… ужас… учащенное сердцебиение, боль в солнечном сплетении, панику…
— Лариана! — требовательный стук в дверь. — Лариана, с тобой все в порядке?! — требовательный голос Рэя доказывает, что мы действительно истинная пара. Закрываю ладошками лицо и тяжело вздыхаю. Он моя судьба, это неизбежно. — Я вхожу! — кричит он и резко распахивает тяжелую дверь, она отлетает до стены. — Что с тобой, моя маленькая? — оказывается рядом.
— Кошмар, мне приснился кошмар, — нахожу объяснение, стараясь прогнать мысли о своей лжи, вдруг и это почувствует?
— Ты меня напугала, — притягивает к своей груди и целует в висок.
— У отвара Филлиуса есть снотворный эффект, — стараясь подавить зевок.
— Тогда ложись, тебе нужно поспать, — поправляет подушку за моей спиной. — Что это? — его вопрос заставляет обернуться, в руках он держит раскрытый мамин дневник…
Глава 18
Рэй
Замечаю, как испуганно округляются глаза Ларианы, когда у меня в руках оказывается тетрадь в кожаном переплете с интересным замком. Я изучал в одно время магические затворы, этому нужна капля крови владельца.
— Это дневник моей мамы, — в глазах Ларианы замечаю тревогу, застыла, не дышит.
— Я не читаю чужие дневники, — резче, чем стоило, но я ведь понимаю, что жизнь легкой у нее не была, просто задевает отношение своей пары — недоверие, сомнения, с этим сложно мириться. Хочется, чтобы смотрела со страстью, любовью, обожанием. Протягиваю ей дневник, стараясь сгладить резкий тон, улыбаюсь.
Хотелось бы мне знать, что в этом дневнике написано, почему в глазах моей истинной пары плескается страх? Да! Однозначно! Если бы я знал, что он несет для нее опасность, не спрашивая, забрал бы и изучил, но я уважаю ее границы и не стану лезть в личное. Дневник — память о маме, наверняка там есть сведения о прошлом ее семьи, и мне хотелось бы, чтобы Лариана поделилась сама, но настаивать не буду.
Лариана закрывает тетрадь, защелкивает замок, перехватываю ее кисть, переворачиваю ладонь и рассматриваю пальцы. На одном вижу свежий след от прокола.
— Я достану тебе тонкую иголку, — опускаю голову и целую, по ее телу проходит дрожь, прячу улыбку. Вот так, моя девочка, твоя чувственность просыпается.
Есть специальная жидкость, которая не позволяет сворачиваться крови, но предлагать Лариане ее не буду, разбавленной кровью может воспользоваться кто угодно. Если у моей девочки есть секреты, я буду их беречь даже от самого себя."
"— Тебе нужно поспать, — кладу дневник под подушку, мне кажется, так ей будет спокойнее.
