Никуда от меня не денешься (СИ)

Он знает, что красив, умеет пользоваться своей внешностью, чтобы понравиться, но меня это отталкивает.

— У меня, — надеюсь поскорее закончить наш разговор.

— Могу поздравить именинницу? — понижая голос.

— Поздравляй, — веду плечами. Подается ко мне, словно хочет сказать что-то на ушко. Пытаюсь отпрянуть, но он хватает меня за руку, притягивает к себе.

— Отойди от нее, — угрожающе звучит за моей спиной знакомый голос.

— А если не отойду, Самсон? Кинешься бить морду? Тогда какой смысл был спорить на эту малышку, если не подпускаешь к ней соперников? — выплевывает парень, который собирался меня поздравить с днем рождения. — Влюбился, что ли, Самсон? — громко насмехаясь над Яном.

Самсонов хватает его за руку, которой парень меня удерживал, и сжимает пальцы до хруста. Смазливый блондин начинает визжать, словно девчонка. Меня их разборки не трогают, в этот самый момент умирает сердце. Я несколько раз в голове прокручиваю услышанную только что фразу, прежде чем спросить:

— Ты спорил на меня? — выдыхаю, потому что голос пропадает. Не хочется верить в то, что Ян мог опуститься настолько низко. Ощущение, что вокруг меня рушится мир. Если я не могу верить Яну, то кому могу?..

— Мы потом поговорим, Ника. Иди в дом, — жестко отсылает меня.

— Нам не о чем больше говорить, — глотая слезы, произношу я, разворачиваюсь и бегу в дом. За спиной слышны звуки драки, толпа гостей поднимает шум…

«Не о таком празднике мечтала мама», — проносится ироничная мысль…

Глава 25

Ника

По дороге сбила вазу с цветами, зацепив ее ногой. Ударилась большим пальцем, но даже не обратила внимания. Не останавливаясь, добежала до комнаты, закрыла дверь на замок, прислонившись к ней спиной, осела на пол. По щекам катились слезы. Сложно описать словами свое состояние. Ощущение нестерпимой боли и потери, словно рухнул мир, что-то умерло внутри меня, остался вокруг лишь пепел.

Как мог Ян так поступить?! Только я начала ему доверять, как он сжег все светлые чувства, что теплились во мне.

Утирая слезы руками, размазываю тушь, она разводами остается на пальцах. Представляю, какая я сейчас «красивая». Поднимаюсь, дохожу до тумбочки, достаю бумажные салфетки. Бросаю взгляд в зеркало, на меня смотрит красноносая панда. Вытирая разводы вокруг глаз, продолжаю плакать. Лучше бы сходила умылась…

Со двора перестала доноситься музыка, зато слышны крики, женский визг и звуки потасовки. Видимо, драчунов пытаются разнять. Через открытое окно все отлично слышно, ведь драка происходит как раз под моими окнами.

— Ян, ты его убьешь! — кричит какая-то женщина. Мне неинтересно смотреть на то, что происходит внизу. Забираюсь с ногами на кровать, поджимаю их под себя, обхватив руками, кладу голову на колени.

— Что все это значит? — узнаю голос Эдуарда Викторовича.