2
0
Бранд, которому предстояло после смерти Аре возглавить род, взял слово. Это был деловитый и рассудительный человек, не ударяющийся в фантазии, но Микаелу все же показалось, что тот рассказывает о чем-то фантастическом.
Бранд начал с того, что очень рад появлению Микаела. И для его радости была еще одна причина: после Бранда род Людей Льда должен был возглавить Микаел, как сын Тарье, а после Микаела — Доминик."
"Потом он рассказал старинную легенду о Тенгеле Злом. О долине Людей Льда, где прошло детство Лив, где отец Микаела Тарье был смертельно ранен бедолагой Колгримом.
— И в самом деле, Доминик необычный! — сказал Микаел.
— Мы заметили это, — согласилась Лив.
И только после этого мальчику разрешили уйти.
— Теперь мы подошли к самому трудному, Микаел.
И он рассказал о проклятии. Об ужасающих качествах «меченых» Людей Льда. О борьбе Тенгеля Доброго с этим проклятием.
Микаел был потрясен.
— Не считаете ли вы… что Доминик…
— Нет, — сказала Сесилия, — и Виллему, и Никлас тоже. Мы не можем понять, в чем дело. Но у меня есть своя маленькая теория на этот счет.
— У многих в нашем роду это было, — сказала Лив. — Ты уже слышал, что в каждом поколении рождается один с такими свойствами. С Габриэллой и Калебом случилось несчастье: у них родился «меченый» ребенок, но он умер при рождении.
Она замолчала.
Аре, лежавший на диване, произнес:
— Мы с Лив держали это в тайне много лет. Но теперь, мне кажется, следует сказать всю правду, теперь это важно.
— Я тоже так думаю, — согласилась Лив. — Скажи, Аре!
— Ребенок не умер при рождении, Габриэлла. Хотя это и был не совсем здоровый ребенок. Он был недоношенным, дыхание у него еще не наладилось. Мы могли бы, возможно, его спасти в результате длительной и тяжелой работы. Но мы этого не сделали. Мы не убивали его, но и не спасали его жизнь: мы не предпринимали абсолютно ничего! Ведь мы видели, что получилось из Колгрима.
Все замолчали. Габриэлла посмотрела на Калеба, он кивнул.
— Вы поступили правильно, бабушка и дядя Аре, — выдавила из себя Габриэлла. — Спасибо!
— Для меня было облегчением услышать это, — сказала Лив. — Поверь, это было испытанием для меня и для Аре.
— Но тогда моя теория еще больше подтверждается! — воскликнула Сесилия.
— Да, — сказала Лив.
