6
0И даже успел погоревать о том, что победа досталась так легко, но…
— Что, Р’ран, не можешь получить меня добровольно, и поэтому бесишься? К чему эти игры в хозяина и рабыню? Со мной у тебя ничего не получится, так что лучше убери от меня руки и сними на ночь проститутку.
Ах ты маленькая зараза!
Я наклонился к самому ее носу, нарочно соблазнительно близко, чтобы она не попыталась воспользоваться возможностью. Нана подалась вперед, намереваясь укусить меня за губу, но я вовремя отодвинулся. Зубы этой бестии поймали пустоту. Я наклонился снова – и снова отодвинулся, оставив ее без «улова».
— Ты просто больной извращенец, - выдохнула она, когда я надавил чуть сильнее. Выгнулась, запрокинула голову. Кажется, она растеряла все желание сдерживаться где-то между попытками меня укусить и освободиться.
— Шпилька, но тебе же это нравится, - прошептал я, не без удовольствия наслаждаясь видом ее растущего возбуждения."
"Это было рискованно, но я все-таки убрал руку с ее бедра: не мог отказать себе в удовольствии распустить волосы Наны. Она не сразу сообразила, что я почти мгновенно выудил шпильки из замысловатой прически, но когда очнулась, то снова попыталась меня укусить. И почти смогла, но я все равно был быстрее. Наверное, с моей стороны было слишком жестоко так с ней поступать: заставлять злиться, потому что именно с этой чертовой девчонкой мне хотелось чего-то… дикого. И чем больше Нана «велась» на мои провокации, тем больше в итоге заводился я сам. Хотя куда уж больше – скоро трусы на хрен лопнут, вместе со штанами. И только две вещи удерживали меня от того, чтобы не заняться с ней сексом прямо сейчас: ее девственность и необходимость переться на сраный примем. Хотя, конечно, если бы не существовало номера один, я бы болт забил на старика Шушкина и его именины. Потому что – даже не сомневаюсь! – ночь с Наной стоила куда больше, чем его недовольное ворчание в ответ на мой игнор круглой даты.
Лишать девушку невинности среди самых дорогих камней мира – это, конечно, неплохая идея. Если бы не одно «но» - мы все еще были в треклятом магазине, и витрина явно не то место, где бы Нана смогла нормально расслабиться.
— Скажи, что тебе не нравится то, что я делаю – и я перестану, - «великодушно» предложил я, продолжая поглаживать ее клитор. Какая же она стала охренительно влажная, просто до одури. Держись, мужик, если ты сейчас вставишь в нее хотя бы палец – никакого кайфа не будет. – Это ведь так просто. Проще разве что назвать меня хозяином и перестать корчить из себя зубастую фиалку.
Клянусь, что она скрипнула зубами! Посмотрела на меня так, будто я сказал что-то за гранью всех норм приличия – и вдруг рванула запястья в сторону.
