4
0Даже если она очень старательно и почти безупречно корчит недотрогу, почти уверен, что Нана не откусила бы мне язык, засунь я его ей в рот. Кстати, почти уверен, что на вкус она как горький черный шоколад со жгучим перцем.
Ну на хрен, слишком все это сложно для меня. Но проверку девочка прошла на «отлично».
— Я люблю Лэрса, - глядя на меня жалящим взглядом, выдала Шпилька.
— Вымой рот с мылом, детка, и больше не пачкай его такой дрянью, - предложил я, присаживаясь на край стола и с ленивой улыбкой наблюдая, как она садиться обратно на стул и ерзает, пытаясь найти удобное положение. – Допускаю, что по какой-то нелепой досадной ошибке этот бесхребетник вызвал в тебе жалость, которую ты принимаешь за симпатию. Говорят, женщины часто путают одно с другим.
— Говорят, что кур доят, - не задержалась с ответом Нана. – Я не желаю обсуждать свои чувства.
— Первая же начала.
— Только чтобы обозначить границы наших деловых отношений. Ты больше никогда не будешь до меня дотрагиваться, это понятно? Иначе станешь беднее на пятьсот тысяч.
Я все-таки посмеялся над ее попытками кусаться, но на этот раз мое издевательство не вывело ее из себя. Она выглядела полностью собранной, сосредоточенной и готовой подписать договор о трудоустройстве. К счастью, Лиза вернулась через пару минут, и мы торжественно поставили свои подписи на бумаге.
— А теперь – раздевайся, - скомандовал я.
Проклятье, снова она смотрит на меня вот так: как на придурка, которого хочет убить, воскресить – и снова убить. А мне снова хочется заглянуть ей в голову и услышать злой шепот мыслишек. В конце концов, я имею полное право наслаждаться подтруниванием над ней.
— Шпилька, что конкретно тебе не ясно в моем требовании?
Глава шестая: Нана
Я очень надеялась, что ужас не отразился на моем лице.
Меня буквально разрывало от паники и от того, что рядом с этим монстром я становилась чертовски неуклюжей и мне приходилось все время быть настороже, пытаться предугадать, что он скажет, чтобы придумать достойный контраргумент. Но, увы, я ни разу не угадала, и Р’ранис Шад’Арэн превратился для меня в огромный знак вопроса.
— Тебе придется работать ночью, забыла? – подавив смех, напомнил он. – Ты не выдержишь такого темпа без моей помощи.
Он поднял руку, поигрывая облачком черного тумана.
Я с облегчением выдохнула. Ну да, конечно, как я могла забыть.
— Плечо подойдет, - решила я, сбрасывая пиджак и путаясь пальцами в пуговицах блузы. Я что, всерьез собираюсь показаться перед Р’раном в таком виде? Ох, кажется, у меня нет выхода.
«Держись, Нана, потому что этот поганец не должен ни на секунду заподозрить, что ты ему соврала».
Ага, я вот такое ископаемый экземпляр: дожила до двадцати лет и умудрилась остаться невинной.
