6
0
Еще рывок – и лоскутки пенных кружев полетели на пол.
Кажется, никогда мой член еще не был таким жестким. Я не сомневался, что, если в ближайшие минуты не сниму штаны, они лопнут к чертям."
"Нана – само совершенство. Что-то неземное, нереальное, сладкое, как пыльца на кончике языка. Хрупкая, беззащитная, как бабочка, которую я ей подарил. Сливочная кожа выглядела так безупречно, что зверю во мне захотелось заклеймить ее следами укусов. Сосать и мучить эти крохотные розовые соски до тех пор, пока боль не превратится для Наны в изысканное наслаждение. Понятия не имею, что она творит со мной и как ей это удается, но с Наной все работает иначе. С ней у меня совсем нет контроля. Только инстинкты, от которых тело порядочно потряхивает. Боги, дай мне терпения, потому что яйца, кажется, уже посинели от ожидания.
Нана вскинула руки, чтобы прикрыться, но я ловко завел их себе за голову. Шпилька тут же вцепилась мне в волосы, скомкала в кулаках и дернула, пытаясь разорвать нашу близость.
— Малышка, я совсем не против боли, - прямо в ее искусанные припухшие губы ухмыльнулся я. – У меня уже и так жуткий стояк. Еще хотя бы одна такая выходка – и до спальни мы не дойдем.
— Я тебя ненавижу, ты… самодовольная свинья.
— Ты одна? – Я легко подхватил ее за бедра, поднял.
— Что?
Боги, она даже не понимает, что стягивает с меня рубашку и злится, потому что мокрая ткань прилипла к телу. Я чуть не расхохотался, с наслаждением впитывая недвусмысленные импульсы своей Шпильки.
— Твои сестры дома?
— Нет, нет… - Ее голос дрогнул, взгляд нащупал мой взгляд, и серебряное желание прошило позвоночник до самого затылка.
— Где твоя комната, Шпилька?
— Где твоя невеста, монстр?
— Плачет, потому что я раздумал жениться или, может, двинула в клуб на поиски подходящей замены, или напивается вдрызг. Выбирай любой вариант.
— Ты порвал с ней?
Я утвердительно кивнул, прекрасно понимая, что Нана никогда не согласится на интрижку с почти женатым мужиком.
— Да, порвал.
Мгновение Шпилька смотрела на меня огромными глазищами, в которых есть все, чтобы я окончательно слетел с катушек: радость, желанием, счастье, похоть. Мне почти хотелось потянуть время, насладиться ее перченой нежностью, но я вовремя заметил проблеск еще одной эмоции, на которую не был готов дать ответ. Поэтому жестко, как ненормальный, смял губы моей Шпильки поцелуем, заглушая нас обоих.
Хватит разговоров. Их и так уже слишком много.
Я взял ее на руки, прижал к себе так крепко, что заныло в груди. Проклятье, не собирался же быть с ней грубым, хотел сделать все так, чтобы Шпилька не испытывала ни страха, ни, по возможности, сильной боли. И все это было целиком в моих руках. И от осознания такой ответственности волосы на руках встали дыбом.
