Конечно же знакомое и громкое. Но оно вызывало такой же страх, как и его хозяин.
Я вернулась на постель. Так и сидела на краешке в ожидании. Не раздеваясь. Мне надо было осмыслить, понять, что именно со мной произошло и как с этим жить дальше…, а точнее, как среди всего этого выжить. О Паше вспоминать больно, так больно, что внутри все обрывается… Он ведь действительно меня продал. А я, а я была ослеплена своей дурацкой любовью настолько, что ничего не замечала…
Прилегла на краю, подобралась вся, обняла колени руками и закрыла глаза. Я не собиралась спать, но меня отключило мгновенно.
Я была слишком уставшей, потрясенной и выжатой эмоционально. Проснулась от ощущения чьего-то присутствия, тут же все тело окаменело от напряжения. Хан находился в комнате. Он был раздет до пояса и стоял возле камина, в котором потрескивали дрова. Огонь отбрасывал блики на темные стены, отсвечивал на контуре его сильного тела. Мне было видно его лицо сбоку. Четко вырезанный профиль, подсвеченный оранжевым. И от этого все черты казались еще более резкими, грубыми.
Влажные черные волосы лоснились и блестели. Узкие глаза сощурены и отблески пламени пляшут в черных безднах.
Он меня как будто не слышал и не видел. Не шевелился, погруженный в какой-то транс. Каменная глыба, жуткое изваяние, вросшее в пол. Все мое тело сковывало суеверным страхом рядом с ним. Какая-то невозможно мощная первобытная сила скрывалась в этом человеке, бугрилась у него под кожей, растворялась в ауре, наполняя воздух искрящейся насыщенностью. И я, как и в нашу первую встречу, ощущала дрожь во всем теле."
"Хотелось сорваться с места и бежать как можно дальше, выпрыгнуть в окно, скатиться по лестнице.
Но я, как и на свадьбе смотрела на него и не могла отвести взгляд, как завороженная, как под гипнозом. Я не знаю зачем встала с постели и сделала несколько шагов по направлению к нему. Совершенно неожиданно Хан обернулся, схватил меня за горло, поднял на вытянутой руке и силой тряхнул. Бездна сверкнула огненной магмой, обожгла до мяса, вызвав панический ужас. Он пронес меня через всю комнату и опрокинул на постель навзничь. Скованная страхом, не понимающая чем сейчас вызвала такую ярость, я молча смотрела ему в глаза.
— Никогда не подходи ко мне сзади!
Совершенно спокойным голосом, хрипловато-тихим.
И жуткие глаза кажется совершенно без зрачков. От них становится так холодно и так тоскливо. В них появляется какое-то безумие… он смотрит и кажется я умру только от одного этого взгляда.
Смотрел-смотрел. Склоняя голову то к одному плечу, то к другому и вдруг схватил меня за волосы, заставив запрокинуть голову.
— Сука! Я же убил тебя! Ты еще живая?
Дернулась, пытаясь вырваться, но его пальцы сдавили мое тело так сильно, что мне стало страшно пошевелиться.
0
0
