Я смотрела на него, как он спит и не решалась пошевелиться. Мне казалось этот зверь тут же уловит любое колебание воздуха и сцапает меня своими огромными лапами, одна из которых лежала у него на груди, а вторая рядом со мной, расслабленная, большая с выделяющимися загрубевшими костяшками. Слабый свет ночника освещал его мощные пальцы с белыми полосками шрамов на фалангах и ладонях, с татуировками в виде колец из шипов и гвоздей. На среднем толстый перстень без единого украшения. Перевела взгляд на спокойно вздымающуюся грудь настолько рельефную, словно ее прорисовали масляными кистями.
"Я как будто увидела, как его могучие руки сворачивают головы и ломают кости. Стало опять невыносимо страшно. Я должна попытаться сбежать. Обратиться в полицию или к охране отеля. Но вначале найти Пашу. Убедиться, что он жив.
Медленно привстала, стараясь не издать даже шороха. Осторожно опустила ноги на ковер. Прошла на носочках к ванной, взяла махровый халат и натянула на голое тело.
Перед глазами возникла карточка в руке Павлика, он с усмешкой прокручивает ее перед тем как пригласил меня танцевать, и отдает Гоше, а там цифры «241». Нашла нужный номер, хотела постучать, но перед этим тронула ручку, и та легко повернулась. На пороге споткнулась о лакированный туфель своего мужа, чуть не упала. Господи! Его раздели, избили и бросили… может он вообще мертвый. Услышала гортанный стон, похожий на стон боли и тут же бросилась на звук, путаясь в разбросанных на полу вещах и тут же замерла, увидев на огромной круглой постели два сплетенных тела.
А у меня глаза распахнулись широко, и я не могу пошевелиться. Сердце не бьется и кажется совершенно отнялся голос. Мне не просто больно, меня от нее парализовало. Потому что я узнала их обоих. Это Гоша и …мой муж.









