Невест-то много, я одна

А потом в моей спальне прозвучал голос лорда:

– Эрика! В чем дело? Нам уже выезжать пора, а вы еще в постели!

– Куда выезжать? – села я, пытаясь понять, о чем речь. – В какой постели? Ой!

Это я наконец открыла глаза, увидела полностью одетого и собранного маркиза, глядящего на меня с невыразимым укором.

– Мона, мы проспали! – громко крикнула я и натянула повыше одеяло, прячась от взгляда своего начальника.

Тот отвернул голову и посторонился, пропуская горничную в спальню.

– Наконец-то, – добродушно проворчала девушка. – Ваша одежда готова, леди. Прическу бы сделать.

– Ваше сиятельство, извольте выйти, – величественно указала я на дверь.

Сиятельство закатило глаза, хмыкнуло и удалилось.

Я тут же кубарем скатилась с постели и побежала умываться, отдавая на ходу распоряжения:

– Мона, заплетем косу. Вели завтрак упаковать мне с собой. Обед тоже. Побольше. Лекс встал?

– Можно и так сказать… – уклончиво отозвалась она и отправилась выполнять поручение.

Спустя десять минут, что очень быстро, я выскочила в коридор и помчалась к лестнице на первый этаж. По пути столкнулась с сонным и встрепанным мальчишкой.

– Опаздываем! – бросила я ему на ходу и побежала дальше, но притормозила, чтобы сообщить идею, только что пришедшую в голову. – Ухо правое надо проколоть тебе сверху. Колечки такие маленькие, штуки две или три. А левое – мочку. Серьгу туда – гвоздик с черным камушком.

– Что? – открыл Лекс рот. – Проколоть мне уши?!

– А что? Красиво будет. Так… по-пиратски. Я читала, что пираты прокалывают уши и вставляют в них жемчужные серьги.

Я попрыгала вниз по ступенькам, стараясь не промахнуться. Лексинталь догнал меня, подхватил под локоток и пристроился рядом, стараясь не отставать.

– Отец не разрешит.

– Уболтаем. А на осень купим тебе куртку с заклепками. Как у наемников.

– Точно не разрешит.

– И на это уболтаем. Ой! – Я засмотрелась под ноги и не заметила, что мы едва успели притормозить, чтобы не врезаться в маркиза.

– На что вы собираетесь меня «уболтать»? – с философским спокойствием вопросил он, окинув нас нечитаемым взглядом. Синяки и ссадины на его лице уже отсутствовали, выглядел он как всегда неотразимо и сурово.

– А, пустяки. Уши проколоть и куртку с заклепками, – отмахнулась я и, завидев свою горничную, крикнула: – Мона, скорее! Опаздываем!

– Вам?

– Нет, Лексу. – Обернувшись, я схватила пацана за удлиненное ухо, подтянула, чтобы он чуток наклонился, и чмокнула в щеку. – Беги, увидимся вечером.

– Хорошего дня, – расплылся тот в улыбке, кивнул отцу и поспешил прочь, оставив меня пояснять свою очередную гениальную идею.

– Серьгу… – подтолкнул меня лорд.

– Три. Или четыре. Надо примериться, я пока не знаю.

– Или четыре… – Предложив мне руку, его сиятельство повел меня к экипажу.